Тайное голосование

Совет Европы взял дело ЮКОСа под усиленный надзор, а акционеры надеются на многомиллиардные компенсации.

Как стало известно «МН», Европейский суд по правам человека начал процесс о компенсации за нарушенные в отношении ЮКОСа права, а Комитет министров Совета Европы поставил «под усиленный надзор» исполнение вынесенного ранее ЕСПЧ постановления по делу «ЮКОС против России». И хотя в банкротстве нефтяной корпорации суд тогда политической подоплеки не усмотрел, но решил: исполнительное производство по взысканию налогов проходило с нарушениями, которые стали одной из причин краха компании. Это может быть использовано акционерами компании в пользу их требований о многомиллиардных компенсациях. Специалисты обращают внимание на странности, сопутствовавшие этому решению Страсбургского суда.

ЕСПЧ в ближайшее время приступит к рассмотрению спора представителей ЮКОСа и России о размере компенсации, которую требует компания за нарушения ее прав, признанных судом. Постановление ЕСПЧ о несправедливом взыскании долгов по налогам в 2000–2001 годах вступило в силу три месяца назад. С тех пор стороны должны были договориться между собой о размере компенсации и сообщить об этом суду. Но они ничего согласовывать между собой не стали. «Мы не вели переговоры с оппонентами, — сказали «МН» в аппарате уполномоченного РФ при ЕСПЧ. — Но мы уже отправили суду нашу позицию. Она осталась прежней. Мы считаем, что не должны выплачивать что-либо ЮКОСу».

В деле ЮКОСа ЕСПЧ не усмотрел политической подоплеки, на чем настаивали представители компании, и российские власти считают это главным своим достижением. Кроме того, судьи единогласно решили, что налоговые претензии в период 2000–2003 годов были предъявлены правомерно. Эти два обстоятельства оказались решающими при принятии решения о том, что Россия не будет обжаловать постановление суда. Но, возможно, напрасно этого не сделала.

На днях Комитет министров Совета Европы (КМСЕ) поставил исполнение постановления по делу ЮКОСа под так называемый усиленный надзор, так как в правовой системе РФ, с точки зрения суда, было выявлено системное нарушение, которое приводит к попранию прав граждан и компаний. Звучит это так: «различные проблемы, относящиеся к общему проведению производства по исполнению решений о выплате налогов и налоговых санкций».

Среди этих проблем, в частности, было названо отсутствие общей оценки последствий действий приставов для компании, фиксированный исполнительский сбор судебных приставов, не сопоставимый с понесенными ими затратами, а также негибкость сроков исполнительного производства.

Выявленные проблемы в исполнительном производстве, по мнению ЕСПЧ, в числе прочих привели к краху нефтяной корпорации. Хотя приставы, занимавшиеся налоговыми взысканиями, действовали в рамках закона, считают в Страсбурге, но у них «все же была свобода выбора, которая имела решающее значение». «Реализация этой свободы могла бы сохранить компанию на плаву либо в итоге привести к ее гибели», — говорится в постановлении ЕСПЧ. Общая сумма налоговых претензий составляла на тот момент $20–30 млрд, и чтобы расплатиться с государством, ЮКОСу пришлось продать важнейшее для холдинга дочернее предприятие «Юганскнефтегаз». «Перед тем как выставлять на торги актив, являющийся единственной надеждой компании на выживание, власти должны были провести очень серьезный анализ других возможных вариантов, — говорится в решении ЕСПЧ, — особенно тех, которые могли бы снизить ущерб организационной структуре компании».

Что касается исполнительского сбора, то для ЮКОСа эта сумма составила 1,16 млрд и подлежала выплате без отсрочек.

«Сбор рассчитывался по фиксированной ставке, уменьшить которую власти, по-видимому, отказались», — гласит решение ЕСПЧ. При этом «сбор не был связан с тем, какие расходы по исполнению судебных актов фактически были понесены приставами-исполнителями», и он также «сильно способствовал гибели компании».

Комитет министров Совета Европы сделал теперь из решений ЕСЧП вывод о наличии «системной проблемы» в исполнении актов российского правосудия. Констатация же любых системных проблем автоматически означает усиленный надзор за ними со стороны КМСЕ. Соответственно Совет Европы будет регулярно требовать от российских властей отчета о принятых мерах для устранения в будущем подобных недостатков.

Но при этом некоторые эксперты и наблюдатели обращают внимание на странность в решении Страсбургского суда, на основе которого дело ЮКОСа попало под усиленный надзор. В резолютивной части постановления ЕСПЧ по этому делу один из принципиальных в данном отношении пунктов выполнен не в характерной для суда манере. Свою позицию о наличии либо отсутствии нарушения прав ЮКОСа со стороны российских властей семь судей Малой палаты ЕСПЧ принимали путем голосования, указывая, сколько голосов было «за», а сколько «против». Однако решение об отклонении аргументов правительства РФ о том, что действия приставов-исполнителей не только соответствовали законодательству, но и правомерны в целом, было принято в Страсбурге «большинством голосов» без указания того, как эти голоса распределились.

Специалисты, работающие с делами в Страсбурге, отмечают, что такого не бывает. «Все, что ЕСПЧ выносит в резолютивную часть своего постановления, каждый ее пункт всегда голосуется, и всегда указывается, сколько именно голосов было подано «за», а сколько «против», — объяснила «МН» адвокат Каринна Москаленко. Этот, казалось бы, процессуальный момент вызывает у ряда экспертов сомнения в решении ЕСПЧ, но изменить ситуацию юридическим путем, похоже, уже трудно.

Вопрос, насколько это повлияет на спор России и ЮКОСа о компенсациях, пока остается открытым. Напомним, что адвокат ЮКОСа Пирс Гарднер требовал в ЕСПЧ выплаты 98 млрд из российского бюджета в качестве компенсации акционерам разорившейся корпорации. Причем все эти люди сохраняют свое инкогнито. Сам адвокат говорил о «десятках тысяч человек», а также о том, что в Голландии «для защиты и сохранения интересов ЮКОСа» были учреждены два фонда. «Освежить» позицию Гарднера не удалось: в его офисе «МН» сообщили, что он «слишком занят».