X-Files на АИСТе - 1 сезон, 19 серия

Американцы очень любят рассказы об оборотнях. Можно даже сказать, что оборотни и вампиры - это любимая тема их мистических боевиков... Вероятно, потому, что именно эти существа издревле известны мифам очень многих народов и представляют, так сказать, "активное зло". Правда, в случае с оборотнями это христианство постаралось... Когда-то оборотничество было тесно связано с культом древних богов; вспомним хотя бы Геродота, который писал: "Эти люди (племя невров, обитавших в наиболее болотистой области Восточной Европы), по-видимому, оборотни. Ведь скифы и эллины, которые живут в Скифии, говорят, что раз в год каждый невр становится волком на несколько дней и затем снова возвращается в прежнее состояние". Еще в XIX в. как в Европе, так и на территории матушки-России во время новогодних карнавалов рядились в волчьи шкуры, подражая предкам-язычникам... И при этом смертельно боялись колдунов (в древности - языческих жрецов, позднее объявленных церковью "приспешниками дьявола"), искренне веруя, что те могут бегать в волчьем облике и по собственной прихоти превращать мирных поселян в звериную стаю.

Потом ученые выдвинули теорию ликантропии, а народ - идею заразности (если тебя укусил оборотень, то ты тоже станешь оборотнем). И пошло-поехало...

Наша "оборотневая история" случилась в Монтане, вблизи индейской резервации. Вообще, в Америке оборотней чаще всего связывают с индейцами; это и неудивительно: ведь индейцы некогда были очень дружны с волками и до сих пор, не смотря на всеобщий технический прогресс, еще не совсем утратили связь с природой (европейцы-то лишились ее давным-давно). Впрочем, и белый человек иной раз любит поселиться в глуши, подальше от шума и чада больших городов. Вот, к примеру, Джим и Лайл Паркеры (отец и сын) были вполне счастливы на ранчо: разводили скот, держали лошадей, вели натуральное хозяйство... Они, правда, не очень ладили с местными индейцами, но времена Дикого Запада прошли и всем приходилось как-то уживаться с соседями. Вот они и уживались... до той ночи, когда Лайл пошел в хлев проверить разнервничавшийся скот и обнаружил мертвого быка, а в следующий миг на него прыгнуло нечто мохнатое, клыкастое и когтистое. Подоспевший Джим, решив впотьмах, что на его сына напала пума, выстрелил... А потом обнаружил, что подстрелил индейца.

С точки зрения закона, Паркер был не так уж виноват, поскольку действовал в целях самообороны; но ситуация усугублялась тем, что у фермеров давно имелись разногласия с индейцами из-за земли. К тому же кто-то повадился забивать скот Паркеров, и подтверждением тому была туша быка на дворе; но только Джим, бывалый охотник, был уверен, что никакой здешний хищник не смог бы обработать скотину таким образом - несчастный бык был похож "на бумагу, которую пропустили через бумагорезательную машину". Раны на груди Лайла тоже не ногтями поскребли... В общем, темное это было дело. Паркер уверял, что когда примчался на крик сына, то увидел красные глаза и клыки... что, кажется, не является характерной чертой индейцев.

Естественно, столь загадочное дело попало в отдел "Секретных материалов". Выслушав показания Паркеров, агенты пошли осмотреть место преступления, и Малдер не был разочарован: в грязи он сразу увидел отпечатки чьих-то ног, сменяющиеся отпечатками лап, а в конце следа нашел здоровенный лоскут кожи (похоже, кто-то тут основательно линял).

Потом агенты поехали в резервацию, чтобы поговорить с местным шерифом - Чарли Тскани. Пытаясь его отыскать, они зашли в местный бар, но там им оказали довольно холодный прием - похоже, все до единого здесь знали, что на самом деле произошло прошлой ночью. Старый мудрый индеец Иш, сидевший в углу, посоветовал агентам ехать домой - все равно существо, которое они ищут, уже нашел и убил старший Паркер. Услышав это, молодая индианка за бильярдным столом - Гвен Гуденснэйк - гневно стукнула кием и крикнула, что Паркер убил ее брата, а все "слишком боятся глупой старой легенды, чтобы что-нибудь сделать".

Тут пришел шериф и повел агентов к себе в офис осматривать "тело преступления". Перед офисом торчали двое дюжих индейцев - охраняли душу покойного; шериф признался агентам, что он старается не вмешиваться в старые обычаи и предрассудки, покуда они не мешают Закону. Рассказывать древние легенды он не захотел, зато объяснил, что погибший (Джо "Добрый Змей") и его сестра Гвен были главными противниками Паркера: они считали, что он пускает свой скот на земли резервации и даже подали против него иск.

Осмотрев тело Джо, агенты обнаружили на его груди шрамы - такие же, как у Лайла, только старые; а во рту у "Доброго Змея" были два острых звериных клыка. Малдеру очень хотелось провести вскрытие и посмотреть, нет ли внутри у Джо еще каких-нибудь аномалий; однако шериф запретил аутопсию, сказав, что индейская религия это запрещает, к тому же вечером состоятся похороны.

Похороны представляли собой кремацию: тело уложили на высокий помост, шаман поджег гору хвороста и затянул заунывную песнь. Наблюдая за тем, как вздымаются языки пламени, Малдер поведал Скалли истинную причину, по которой он решил взяться за это дело: самым первым "секретным материалом", который завел самолично Дж. Эдгар Гувер, был как раз случай такого рода. Во время Второй Мировой в этом самом районе прокатилась волна убийств: трупы были искалечены, как если бы их рвал дикий зверь, однако несколько жертв нашли дома, как если бы они сами впустили убийцу. В 1946 г. полиция загнала это "животное" в маленький домик в национальном парке и расстреляла; а когда вошли внутрь, чтобы подобрать тело, обнаружили труп Ричарда Уоткинса. После этого убийства прекратились... а потом снова начались - в 59-м, затем в 64-м, 78-м, и вот теперь снова - в 94-м. Но человек-животное бродил по этим краям еще 150 лет назад: в отчетах экспедиции Льюиса и Кларка говорится, что некоторые индейцы могли превращаться в волков. Скалли, конечно, сказала, что все это - старые легенды или случаи ликантропии; и даже если бы Джо действительно был оборотнем, он ведь теперь мертв, не так ли?..

Гвен, разумеется, присутствовала на похоронах, но соболезнования агентов принять не пожелала. А уж когда приехал Лайл Паркер, она и вовсе взорвалась: да как он смеет, кричала она, не слушая его извинений, да чтоб ему самому пришлось пережить то, что довелось ей!..

Раньше люди верили, что проклятие, особенно произнесенное в ярости, непременно исполнится. Так и случилось... Тем же вечером Джим Паркер, в одиночестве сидевший на веранде, был неожиданно атакован каким-то странным животным. Его искалеченное тело нашли утром; в теле даже остался один огромный коготь. Скалли предположила, что либо на старика напал горный лев, либо это была месть за Джо и кто-то имитировал хищника. Шериф предположений не выдвигал, но отметил, что Гвен и Лайл исчезли: никто не видел их после похорон. Агенты прогулялись по окрестностям, и Малдер отыскал клок шерсти и лоскут кожи, а Скалли - нагого Лайла Паркера, очевидно, пребывающего в шоковом состоянии. Встревоженная состоянием юноши, Дана увезла его в больницу, а Малдер прижал шерифа к стенке (подозревая, что тот кое-что знает), и Тскани отвел его к Ишу - он-де лучше сможет объяснить ситуацию...

Иш отнесся к агенту более тепло, чем в прошлый раз, и даже сделал ему комплимент (по поводу "индейского" имени - Фокс, т.е. Лис). Он также рассказал Малдеру, что сам видел оборотня, когда был еще ребенком: как-то вечером он шел мимо дома Уоткинса и стал свидетелем его мучительного превращения. Ранее Уоткинс сам был атакован подобным существом, которого индейцы-алгонкины называли маниту: "это злой дух, способный превратить человека в животное... жертва духа сама становится чудовищем".

[На самом-то деле "истина где-то рядом": первобытные народы вообще, как правило, не признают абсолютного зла. Согласно "Мифологическому словарю", маниту - это просто "сверхъестественные силы или существа; обитают под землей, на ней и под ней. В маниту воплощаются неизвестные способности и силы действительности; одновременно маниту - магическая власть, невидимая сила или причина, которой могут обладать люди, животные и предметы неживой природы". Так что "одержимость маниту" - это не проклятие или, по крайней мере, раньше не рассматривалось как проклятие.]

Да, так вот. Уоткинс, стало быть, сам был жертвой: маниту подстерег его в лесу и оцарапал, а бедняга потом со страшным воем преобразовывался в новую форму, бегал по окрестностям и грыз кого попало, после чего возвращался в собственную шкуру и не помнил ничегошеньки из происшедшего. Уоткинса убили, но у него был сын... Малдер предположил, что эта зараза передается по наследству, и если Джо был маниту, то им может стать и Гвен; возможно, именно она убила Паркера... И буквально тут же нашлась Гвен: она, как видно, подслушала "мужской разговор" и попыталась угнать машину Иша, да не вышло - ее перехватил шериф. Гвен была в истерике, потому что видела, что убило Паркера: она подобралась в тот вечер к ранчо, чтобы сделать какую-нибудь гадость, но когда увидела чудовище - сбежала куда подальше...

А в это время в больнице немного оклемавшийся Лайл сказал Скалли, что ничего не помнит: ему было очень стыдно за ту сцену на похоронах, он с горя напился и, должно быть, отправился к диким животным, которых Паркеры держали в клетках на заднем дворе. Тех зверей (среди которых была и пума) завела еще покойная миссис Паркер, и Лайл ухаживал за ними в память о матери... Отца он в тот вечер даже не видел: Джим не одобрил его решения поехать на похороны. Узнав о его кончине от Скалли, Лайл предположил, что сам спровоцировал индейцев на месть, и его тут же начала грызть совесть. Поскольку физически он, кажется, был в порядке, Скалли решила отвезти его домой. Уже после их отъезда в больницу позвонил Малдер, желавший поделиться новостями со Скалли, и встревоженный доктор Паркера поведал ему, что только что получил результаты анализов: в крови Лайла была обнаружена кровь его отца, и она могла попасть туда только путем приема внутрь... так сказать, с пищей...

Скалли и Лайл приехали на ранчо уже в сумерках. Электричества не было, Лайл было собирался включить генератор, но тут ему стало плохо. Дана довела его да ванной и он заперся там... и начал превращаться. Превращение было болезненным, и Скалли, услышав вопли, попыталась было взломать дверь ванной... однако Лайл преуспел в этом быстрее: удар тяжелой лапы пробил доски насквозь, сбив Дану с ног.

Примчавшиеся на подмогу Малдер и Тскани застали дом темным и тихим. Они принялись обыскивать комнаты, и Малдера изрядно напугала Скалли, неожиданно выступившая из темноты. Оказалось, Дана решила, что на Лайла напала выбравшаяся из клетки пума, а поскольку ее пистолет потерялся, когда "пума" ломилась из ванной, Скалли пришлось срочно прятаться. Агенты потихоньку двинулись дальше, и в следующей же комнате на них напали; но тут как раз вошел Тскани и подстрелил нападавшего - Лайла...

На следующий день агенты, собираясь домой, узнали от шерифа, что Гвен раздала все свое нехитрое имущество и уехала неизвестно куда. Подошел старик Иш, посмотрел, как Малдер садится в машину... и окликнул: "ФБР! Увидимся... лет через восемь".