Белоснежка-68. Месть советских гномов (а также Труса, Балбеса и Бывалого)

Едва ли создатели снятой 50 лет назад скромной фарсовой комедии «Семь стариков и одна девушка» подозревали, сколь долгая жизнь суждена их детищу – довольно неуклюжему и даже несколько недалекому. Между тем «Старики» как-то сами собой вошли в пантеон лучшей отечественной кинокомедийной классики. С годами становится все очевиднее подлинная народность данной картины, а значит, и справедливость этого ее высокого положения.

Выпускница института физической культуры Леночка Величко (С. Савелова) получает первую в своей жизни работу – должность тренера в спортивном клубе. Однако в группу здоровья, навязанную Лене, входят шесть расклеившихся «стариков» (Б. Чирков, А. Адоскин, Б. Новиков, Н. Парфенов, А. Смирнов, А. Бениаминов). Седьмым «стариком» добровольно решает стать вполне еще подтянутый молодой человек Володя Тюпин (В. Смирнитский) – безответно влюбленный в тренера Лену служащий бесперспективной комнаты смеха в местном парке аттракционов. И все эти «старикашки» никому не дадут свою любимую Величко в обиду – ни директору спорткомплекса, ни троице уголовников (Ю. Никулин, Г. Вицин, Е. Моргунов), ни даже самому Фантомасу, угодившему в эту комедию прямиком из бешено популярного в то время французского киносериала.

В конце 60-х творческое объединение «Телефильм» озаботилось созданием цветных телевизионных картин. Одной из первых ласточек полноценно полноцветного советского ТВ как раз и стала незатейливая эксцентрическая комедия Евгения Карелова.

Оно конечно, по части «посмеяться» «Старики» и в подметки не годятся даже наименее удачным из комедий Гайдая. Но если кому за чистой ностальгией, то это именно к Карелову. Пускай его неопределенный город вдоль и поперек декорирован изображениями пестрых геометрических фигур и воздушными шариками не хуже, чем у Пятачка, но все-таки фильм снимался на натуральных московских улицах – и более чем зачетно запечатлел элементарную поэзию того времени.

Дуэт красавы Савеловой и будущего Портоса Смирнитского; шестерка стариков, набранная из лучших отечественных комиков второго ряда; гайдаевская троица, наконец… Все эти образы и сегодня памятны почти так же, как джентльмены удачи или контрабандисты с бриллиантовой рукой. Конечно, Карелов не перегайдаил Гайдая, но стал чуть не самым удачным его эпигоном.