Ботинки или жизнь?

Блеск и нищета чунского криминала

Поезд замедлял ход. Пожилой проводник, ностальгически улыбаясь, нараспев промолвил вполголоса:

- Чуна... Хорошая раньше была Чуна, славная. Жили тут люди справно, в достатке. Мы, железнодорожники, товарами тут запасались. Любили сюда ездить.

Поселок встретил ясной предвесенней погодой, широкими прямыми улицами... И ошеломившими сразу пересудами. В местном кафе посетители живо обсуждали свежую сенсацию: вечером накануне убили мужчину. По слухам, трое подростков встретили его, когда он выносил мусор. И просто так, безо всяких мотивов, запинали до смерти.

Дичает народ. Преступления совершаются тривиальные: самые популярные (часто не раскрытые) - пиратские лесопорубки; следом за ними - кражи цветмета с умирающих предприятий; на третьем "почетном" - бытовуха. Да бытовуха-то какая!

Совсем недавно в районном суде рассматривали дело, незаурядное как по жестокости, так и по нелепости. Сидел где-то на бревне в переулке пьяненький мужичок. Шла мимо деваха (не учится, не работает, образ жизни полубродячий). Решила поднаживиться. Полоснула беспомощного бедолагу ножом по горлу, сняла с него ботинки, тут же в них переобулась (в мужские ботинки, ношенные, не по размеру наверняка!) и отправилась дальше. Пострадавшего обнаружил случайный прохожий. Медики успели его спасти. Едва успели. Рана была очень опасная.

Приговоры по судебным делам, которые мне произвольно предложили посмотреть, наглядо иллюстрируют уровень деградации населения.

Некий Виктор, 1976 года рождения, судимый за кражу дважды, распивал спиртное с Натальей, 1974 года рождения, неработающей, незамужней, имеющей на иждивении несовершеннолетнюю дочь. В процессе старинной народной забавы (распития спиртных напитков) посетила их лукавая мысль украсть у некоей пенсионерки. Спросите, что? Маловыразительный протокольный язык в данном случае даже почти остроумен. Формулируется: "решили украсть" - и все, глагол остается непереходным. На старте злоумышленники, как правило, выигрыш от акции представляют смутно. Итак, пара собутыльников выставляет окно на веранде у жертвы и проникает в дом. Хозяйка (вот незадача!) оказывается там. Громко позвать на помощь боится. Тем временем Наталья пытается ее "заговорить", а Виктор у бабуси на глазах открывает небогатые недра холодильника и кладет в мешок... пять яиц, пачку шоколадного масла, борщ в стеклянной банке. Потом добавляет к этой добыче зеркало и две электроплитки (общей стоимостью 500 рублей). С этим "уловом" визитеры отправляются домой. Цена приключения: Наталье - три года условно, Виктору - шесть лет тюрьмы.

Не всегда разбой оказывается столь идиллически мирным.

Группа парней без определенного рода занятий, возрастом от шестнадцати до девятнадцати лет, напившись, ограбила гараж, взяв у двоих владельцев их мотоциклы - "Иж-Планету 4" и "Иж-Планету 5", канистру дизельного масла, набор инструментов, зеркало заднего вида и пылезащитные очки (общая сумма ущерба - 16 тысяч рублей ). Вдохновившись успехом и продав один из мотоциклов за полтысячи, неделю спустя "братки" вновь созрели для "подвигов". Они напали на чету стариков. Среди ночи дед и бабка проснулись, услышав, как выбивают их входную дверь. Снаружи налегали, громко вымогая деньги. Дверь дала трещину, которая быстро росла. В нее-то и просунул перепуганный хозяин сто пятьдесят рублей. "Мало!" - взвыли налетчики. Дверь не устояла. На голову "скупого" пенсионера посыпались удары. Его супруга, чтобы остановить бесчинство, отдала обидчикам оставшиеся в доме наличные - 650 рублей. После этого "гости" ушли, прихватив еще часы. Общий денежный ущерб потерпевшим составил тысячу. Побои повлекли за собой расстройство здоровья хозяина на срок более трех недель.

Подобные буйные набеги на чужие дворы и квартиры в Чунском районе, особенно в глухих деревнях, - обычное дело.

Когда ищете мотив преступления, ищите женщину, - уверяют детективные классики. "Баба с клюкой, которая ходит по дворам" и подстрекает чунарей к непотребству, известна каждому. Имя ее - Безработица. Чунский район занимает по безработице второе место в области после Катангского. Как сообщила мне директор районного центра занятости Татьяна Бугрова, из без малого 50 тысяч населения трудоспособного - 26,5 тысячи. Почти 10 из них не заняты в производстве. Есть, правда, скрытая занятость. Немало людей трудится, не будучи оформленными на работу. Частные предприниматели экономят на налогах. А работники идут на это, чтобы хоть как-то существовать. И все же доля населения, совсем не имеющего никакого заработка, довольно высока. Число вставших на учет в службе занятости - лишь верхушка айсберга. Но и по ней видна величина проблемы. На одну вакансию претендуют девять безработных. Особенно удручающее положение на отдаленных территориях, где поразвалились леспромхозы, поумирали сельскохозяйственные предприятия. Там, в глубинке, работы нет совсем никакой. Тунеядствуют поневоле целые деревни. Все больше становится людей, для которых единственный источник существования - пособие по безработице да еще детские пособия. Это скудный и горький кусок хлеба. Редко кто выдерживает не сдабривать его дешевыми градусами. Когда социальная почва уходит из-под ног, летящему в пропасть "под киром" не так страшно. Вот и спиваются целые села.

Этот страшный тотальный процесс мелькает перед криминалистами мрачным калейдоскопом отдельных эпизодов.

Сторожка Новочунского лесопромышленного комплекса. Пьют работяги, у которых очередной простой, очередная задержка зарплаты. На что пьют? Один из них, назовем его Алексеем, взял под зарплату четыре банки тушенки. Одну оставили на закусь, а три обменяли на гомыру. Скоро к компании присоединяется восемнадцатилетний безработный Евгений. Из-за неосторожно пролитой "живой воды" вспыхивает пьяная драка. В дело идет подвернувшийся нож... Лишь позже Евгений увидит на снегу окровавленного Алексея и, смутно припоминая происшедшее, догадается, что убил человека. В ужасе он расскажет об этом еще не протрезвевшим остальным участникам попойки, своей матери и отчиму. Будет сильно плакать. Потом на санках увезет труп на болото, топором прорубит прорубь и сбросит туда свою чудовищную поклажу. Эксперты констатируют: множественные ножевые ранения, ушибы темени, затылка, пересечение трахеи, открытый перелом костей свода черепа, разлитое кровоизлияние в мозг. Суд вынесет приговор: семь лет строгого режима.

Да... Чунская преступность лишена гангстерской "романтики". Здесь не срывают бешеных денег на переделе промышленных гигантов. Здесь не надо быть очень богатым, чтоб перестать спать спокойно. На вашу безопасность и даже на саму жизнь могут покуситься из-за ничтожной малости. Пять яиц, старые башмаки, опрокинутая рюмка... Когда-то рабочая сила в районе стоила дорого. Трудовой человек имел и отличный заработок, и хорошее жилье, и завидное снабжение. Сегодня рабочая сила обесценилась. И обнищали не только предприятия, не только дворы и дома. Обнищали человеческие души.