Критикуя бога конструктивно

Ну что ж, история с карикатурами на пророка Мохаммеда может повториться. Отныне это не то чтобы хорошо, но, по крайней мере, не плохо, точнее, отныне это можно.

ПАСЕ приняла поправку к резолюции о безопасности журналистов, защищающую право прессы критиковать религиозные догмы в устной, письменной или изобразительной форме. Про изобразительную форму, точнее, про те датские карикатуры, все сразу и вспомнили. ПАСЕ, конечно, призывает журналистов оставаться в своей критике в рамках разумного, никого не оскорблять и не унижать. Говоря по-нашему, критиковать конструктивно. Но это и так понятно.

Когда карикатурный скандал разгорелся, а вслед за ним загорелись и датские представительства, а также представительства стран, поддержавших датчан, загорелись христианские миссии и вообще чуть война не разгорелась, в Европе шла мощная дискуссия на тему «пресса — религия — церковь — светское общество» и как все эти компоненты должны перемешиваться, не образуя взрывоопасных коктейлей. Сейчас ПАСЕ своей резолюцией подвела итог дискуссии. Это решение некоторые даже успели назвать историческим, а мы, журналисты, теперь вообще можем считать себя равными богу. Но что это меняет по сути? Ничего не меняет!

Резолюция ПАСЕ распространяется только на Европу, но в Европе проблем с критикой религии и так нет. В Европе можно выйти на центральную площадь и орать: «Бога нет!» — и ничего с вами особенного не произойдет.

В Европе (правильнее все-таки говорить о европейской цивилизации, к которой относятся и Америка, и Австралия) можно снимать, показывать и зарабатывать сумасшедшие деньги на книгах и фильмах вроде «Кода да Винчи» — и при всем недовольстве Ватикана ни с фильмом, ни с писателем Брауном ничего особенного не произойдет.

Еще 40 лет назад Джон Леннон сказал: «Сегодня «Биттлз» популярнее, чем Христос». И уже тогда ничего особенного с ним не произошло. Высказывание сочли экстравагантным, излишне смелым, но не очень далеким от истины.

А теперь представьте себе, что кто-то выйдет на улицу в Иране, Саудовской Аравии или в другой мусульманской стране и прокричит, что никакого Аллаха не существует, снимет фильм по мотивам «Сатанинских стихов» или заявит, что Мохаммед Али не хуже, чем просто Мохаммед. Это будет чистое самоубийство. Поэтому я и говорю, что критический взгляд на религию — это не проблема Европы и западной цивилизации. Проблема в столкновении этой цивилизации с другой, пока не готовой рассматривать религиозные аксиомы хотя бы как теоремы.

Ведь карикатуры — это пустяк, в сущности. Но из-за них начались вовсе не пустяшные волнения. Вне зависимости от резолюции ПАСЕ исламисты будут жечь, крушить и ломать, если кто-то посмеет критиковать их религию или быть к ней недостаточно почтительным. В этом смысле не меняется совсем ничего. Возможно, это даже усугубит ситуацию. Потому что резолюция есть четкая, единая позиция (голосовали на ПАСЕ так: 98 — «за» и 13 «против»), официальная позиция. Своего рода европейский манифест. Если раньше мы говорили, что мусульманский мир выступает в таких случаях единым фронтом, то сейчас и Европа выступает как одно целое.

Впрочем, у России, как всегда свой путь. Мы были одними из немногих, кому поправка о критике религиозных догм не понравилась. Но сказать, какова в этом вопросе принципиальная российская позиция, затруднительно. Потому что само отношение к религии в нашей стране непонятно.

С одной стороны, мы светское государство. С другой — глядя на весь политический бомонд в храмах со свечками и на календарь, где религиозный праздник помечен выходным, — в светскости начинаешь сомневаться.

С одной стороны, мы говорим о многоконфессиональности. С другой — разве православие не стало фактически официальной религией? Предлагали же при обсуждении мигалок и спецномеров оставить их только высшим чиновникам и плюс почему-то патриарху. И при этом за датские карикатуры журналисты пострадали, кажется, только в России (если опять же брать Европу).

С одной стороны, критиковать религиозные догмы у нас и до сих пор не запрещалось (а в советские времена даже и приветствовалось). С другой — нельзя сказать, чтобы было много охотников сейчас трогать церковь и что-то или кого-то критиковать.

И не забудем, что в России к решениям ПАСЕ и самой Ассамблее относятся скептически и недоверчиво. Так что вряд ли у нас это воспримут как руководство к действию и на работу прессы в религиозной сфере европейская резолюция никак не повлияет.