Литература- не женское дело?

Тихо и незаметно, но культура наша теплится не на подиумах и крутых вечеринках, тусовках и прочем "отливе" общества, а в простых руках невидных людей. Как вы думаете, кто у нас знает Пелевина, Перушевскую, Маканина и т.п., читает все современные журналы и в курсе всех культурных событий нашего многострадального отечества?

Никогда не поверите! Простые наши, до боли знакомые библиотекарши! Намедни пришлось мне побывать на заседании дискуссионного клуба, что в библиотеке на Российской. Тема обсуждения была немного скучноватой, но волнующей сердца слабого пола: "Существует ли женская проза и поэзия?". Неслабенько задвинули, да? Уже сама тема заставляет задуматься: "А не комплекс ли это неполноценности?" Ведь, например, никто не собирается обсуждать, существует ли мужская поэзия и проза. В голову даже не придет. А тут - целая дискуссия. Но дамы были настроены по- боевому. На заседание клуба были приглашены: иркутская писательница, автор нескольких книг, лауреат губернаторской премии Татьяна Петровна Андрейко, известный писатель Виталий Диксон и замечательная, умная, красивая и вечно молодая Тамара Юрьевна Климова, преподаватель современной литературы и любимица студентов. Тамара Юрьевна сразу же заявила, что считает термин "женская поэзия и проза" надуманным, так как способность волновать умы не зависит от пола, а является следствием чего-то другого. Тем не менее она уточнила, что скорее всего мужская неполноценность вызвала к жизни литературу и искусство. Скорее всего-это попытка заменить свою неполноценность в смысле деторождения чем-то другим. Женщине это не нужно по принципу. Тем не менее, все ослабевающая в последнее время установка на деторождение и некое социальное освобождение женщины от тотальной занятости семьей наметило и в ее жизни эту пустоту, которую она пытается заменить литературой и искусством.

Виталий Диксон был по- мужски категоричен, сравнив женщин- литераторов с женщинами- спортсменами. То, что и те и другие делают -неэстетично, некрасиво и пардон, воняет не духами, а потом. Не надо, мол, женщине браться за непосильные дела, иначе она рискует превратиться в нечто бесполое, одинаково неприятное и женщинам и мужчинам. Однако, свою пламенную антифеминистическую речь Диксон завершил тоже вполне в мужском духе. Пусть, мол, пишут, никому же от этого не плохо, даже привел пару примеров женской прозы, которая ему нравится.

В последнее время наметилась очень интересная статистика: женской прозы стало больше, но она в основном деструктивная и пессиместическая, подчеркнуто "чернушная". И пишут, что интересно, уже не "ущербные старые девы", как принято об этом думать, а вполне "здоровые" дамочки, у которых есть семья, хорошая работа и практически никаких финансовых затруднений. На склоне лет вот такая вполне нормальная дама вдруг начинает жутко тосковать и думать, что жизнь проходит мимо. Тому пример- наша иркутская писательница Татьяна Андрейко. Чего даме не хватало? Семья, работа преподавателя. Только стала душить тоска. И она начала писать. Это ее собственное заявление.

Вследствие такого парадокса женщина и начинает заниматься тем, что кажется наиболее простым в нашей поголовно читающей и пишущей стране- литературой. По женской прозе сейчас вполне возможно отследить ситуацию в стране- кто-то дохнет от голода и наркотиков, а кто-то "бесится с жиру", сочиняя книжки про тех, кто дохнет с голоду и наркотиков. Потому что у тех, голодных- жизнь наполннее и эмоциональней.

В конце дискуссии все присутствующие дали обещание не делить литературу на женскую и неженскую. И все остались при своем мнении.