Посадить любого? Проще простого. А что делать?
Мы продолжаем следить за скандалом, возникшим после вынесения оправдательного приговора владельцу торгового холдинга "Интер-Север" Фрэнку Элкапоне, которого обвиняли в хранении наркотиков. Напомним, суд впервые указал на то, что наркотики были подброшены , а фальсификаторов, сотрудников московского управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, назвал поименно. Это Владимир Казаков, Александр Джамгаров, Артем Буторин.
Как фабрикуются подобные уголовные дела и что делать законопослушным гражданам, когда им подбрасывают наркотики?
Как это бывает
Механизм фальсификации наркодел хорошо известен и отработан. Для этого оперативникам управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков (УБНОН), помимо личного интереса (денег или негласного приказа начальства), необходимо выполнить ряд условий. Во-первых, провести оперативное совещание, в котором обычно принимают участие не только представители профильного управления, но и сотрудники спецподразделений, осуществляющих силовую поддержку. Разговор на нем идет простой. Инициатор акции, представитель УБНОНа, говорит: "У нас есть информация, что некий гражданин в такой-то день и час будет перевозить наркотики. Надо разработать операцию по его аресту". При этом свои источники, согласно закону "Об оперативно-розыскной деятельности", он не раскрывает. Поэтому никто и никогда не сможет подтвердить или опровергнуть его данные. На совещании также должно оглашаться постановление руководителя УБНОНа об оперативных мероприятиях в отношении подозреваемого. Если такого документа нет, то это один из признаков фальсификации. Далее составляется специальный план, куда заносятся участники операции, за исключением сотрудников наружного наблюдения, и их задания. Впрочем, часто и этого не делается, а все оговаривается на словах. Таким образом, создается видимость законности, чтобы оперов не обвинили в самодеятельности.
Во-вторых, непосредственно подбрасывать наркотик должен сотрудник, официально не участвующий в операции и желательно из другого подразделения МВД. Это делается для того, чтобы в ходе расследования уголовного дела или судебного разбирательства его было труднее идентифицировать, а значит, установить истину.
В-третьих. На такие мероприятия берут своих проверенных понятых, которые под присягой готовы подтвердить, что человек "пил кровь христианских младенцев".
Есть много нюансов, которые свидетельствуют о том, что что-то не чисто. Так, "клиенту" во время задержания не предлагается добровольно выдать наркотики, что, согласно УК, освобождает его от ответственности. Тем не менее в протоколе досмотра оперативники пишут, что сделали это. И не дай бог неискушенному человеку подписать такой протокол. Он равносилен приговору.
Как это было
Дело против Элкапоне классический пример "правильной" фальсификации. Солнечным днем 4 июня 2001 года он в сопровождении охраны вышел из подъезда собственного дома на Ленинградском шоссе и сел в 500-й "Мерседес". Едва тронулся, как его машину и следовавший за ней джип с охранниками блокировали до зубов вооруженные люди в камуфляжной форме из отряда милиции особого назначения (ОМОН). Автоматчики выволокли всех на улицу, обезоружили и "охлопали".
Затем откуда-то вынырнули двое гражданских, личность которых удалось установить намного позже с помощью видеопленки телестудии ГУВД "Петровка-38". Один из них в белом костюме посмотрел на Элкапоне, радостно потер руки и, подмигнув сотруднику ОМОНа Сергею Шаталову, весело произнес: "Это наш клиент. Одевай на него наручники". Потом встал сзади предпринимателя и, подняв полы пиджака, вложил ему за пояс черный полиэтиленовый пакет. "Зачем вы мне оружие подбрасываете?" - закричал Фрэнк. "Молчать!" - прошипел второй человек, прикрывавший от посторонних глаз "коллегу в белом костюме". В приговоре этот момент описан так: "К Элкапоне... подбежал некто в белом, пристроившись сзади вплотную, совершал в области поясницы движения руками... Другой, в кожаной куртке и бейсболке, увел в сторону начальника службы безопасности Фролова, наблюдавшего за происходящим". "Люди в гражданской одежде" были сотрудниками московских УБНОНа и ЦРУБОПа Владимир Казаков и Сергей Хаджикурбанов. Выполнив задание, они исчезли. После этого к Элкапоне подошли другие работники УБНОНа -- Джамгаров (старший группы), Гордеев, Кулагин, Яровенко и Буторин.
Последний вытащил из-за поясницы бизнесмена видеокассету, начиненную, как оказалось, 496,5 грамма героина. В ней также находилось $1 тыс. "Что вы мне за ерунду подбросили?" - возмутился Фрэнк Элкапоне. "Подбросили? - отреагировал Артем Буторин. - Может, вам и деньги милиционеры подбросили?"
После этого оперативно составили протокол личного досмотра, который в числе прочих подписали "случайные" понятые Львов и Каменев, приглашенные Буториным. Только на суде выяснилось, что все понятые вместе с оперативником жили в одном общежитии Университета дружбы народов на улице Миклухо-Маклая. Буторин привлекал их в качестве понятых не менее трех раз. Кроме того, Буторин курировал в общежитии службу общественного порядка, а Львов и Каменев были у него добровольными помощниками.
В тот же день, 4 июня, на квартире Элкапоне был проведен обыск, в ходе которого... ничего не нашли. В планы оперативников это не входило, и через 20-30 минут они "провернули" повторный обыск. В ванной комнате на сифоне под умывальником в специальном шкафчике, который до этого уже осматривался, бдительный Буторин "обнаружил" еще одну видеокассету со 495,4 грамма героина. Он вызвал соседей, которые присутствовали при первом обыске, но те наотрез отказались подписывать документы. Тогда оперативник пригласил с улицы случайных прохожих, которые подписались под тем, что видели видеокассету на столе, "расположенном посередине комнаты".
Но фальсификаторам не повезло. Бойцы спецназа оказались честными ребятами. Капитан Сергей Шаталов, ныне работающий в МУРе, заявил в суде, что видел, как Казаков "засовывал Элкапоне за пояс какой-то черный пакет". Это подтвердила и корреспондент телестудии "Петровка-38" Людмила Скальская.
По словам адвоката Александра Гофштейна, свидетель Казаков пришел на суд пьяным. Когда адвокаты поинтересовались, почему он не в трезвом виде, опер невозмутимо ответил: "А я постоянно пью." После чего рассказал свою версию. В день задержания Элкапоне у него был выходной, поэтому на работу он не пошел. Но внезапно ему домой позвонил Александр Джамгаров и предложил поучаствовать в наружном наблюдении. "Вначале следил за окнами и близлежащими подъездами, а потом подбежал к Элкапоне и сзади надел на него наручники. Хотя такого приказа не было, но я понял, что сотрудники ОМОНа нуждались в моей помощи. Только наркотики я не подбрасывал", - утверждал Казаков.
Похожей версии придерживался на суде и Хаджикурбанов. Он заявил, что в тот момент работал в ЦРУБОПе, а оно не было задействовано в этом мероприятии. Более того, его и Казакова не было ни на оперативном совещании, ни на планерке, которые проводил инициатор операции Джамгаров. Кстати, последний так и не дал ответить, откуда у него появилась информация о наркотиках Элкапоне.
Что теперь будет
Фрэнк Элкапоне отсидел в СИЗО около двух лет. Отсидел ни за что. Сейчас, после освобождения, он заявляет, что всех простил, и не хочет рассказывать о заказчиках его дела. "Я догадываюсь, кто они. Но пока у меня нет доказательств. Поэтому пока лучше помолчу", - заявил он корреспонденту "Известий".
Теперь о том, какое наказание понесут сотрудники московского УБНОНа, которые сфальсифицировали дело. Как известно, судья Баянова вынесла два частных определения в адрес генпрокурора Владимира Устинова и главы МВД Бориса Грызлова. Сейчас по всем этим фактам проводится проверка. После прокурорского протеста в Мосгорсуде и при условии, что приговор оставят в силе, против оперативников будет возбуждено уголовное дело. В ГУБНОНе была проведена неофициальная проверка, которая выявила, что "заказ" на Элкапоне поступал в правоохранительные органы неоднократно. Однако кто является заказчиком пока неизвестно.
Как себя вести, когда подбрасывают наркотики?
Владимир Сергеев, адвокат:
- Универсальных рецептов нет. В каждом конкретном случае необходимо исходить из реальных обстоятельств. Следует отметить, что временной интервал между подбрасыванием и "обнаружением" наркотика может составлять от секунд до нескольких суток. Соответственно надо разделять поведение человека в первом и во втором случае.
Когда наркотик вам подбросили прямо перед задержанием, постарайтесь к этому факту привлечь внимание максимального количества людей и попросить оставить их свои координаты. Не все, но кто-то обязательно согласится.
Никогда не подписывайте протокол, если вас не предупредили о том, что вы освобождаетесь от уголовной ответственности в случае добровольной выдачи наркотиков.
Если же этот процесс подбрасывания наркотиков остался для вас незамеченным, то ни в коем случае не прикасайтесь к незнакомым предметам, даже если сотрудники правоохранительных органов специально вас на это провоцируют. Например, просят поднять что-то с пола или подержать в руках. Оперативники любят сунуть в руку подозреваемому какой-то пакетик с невинным вопросом: "А это что такое?" Если вы взяли пакетик, чтобы получше его рассмотреть, то ваши отпечатки пальцев обязательно будут использованы против вас.
