Блогнот. На иркутском форуме ОНФ
Прошел иркутский форум ОНФ. Отзывов, в основном негативных, много. Даже странно, как мне, в отличие от многих иркутских экологов, позволили выступить? Спасибо модератару Антону Хлынову. Благодаря ему на не совсем профильной секции (гражданские инициативы) удалось поговорить о самых острых лесных проблемах Иркутской области. Главное – чтобы озвученные предложения продвигались по линии ОНФ.
Из-за недостатка времени не удалось дочитать доклад. Решил выложить его здесь. Тем более, что журналисты допустили ошибки (Красноярский край назвали Краснодарским). Упустили подчеркнутое мною обстоятельство: выступаю здесь не как сопредседатель БЭВ, а как независимый эксперт. С БЭВ доклад не согласовывался и вообще организация находится в стадии ликвидации. Поэтому не надо делать из моего выступления «политику» и накладывать на БЭВ, объявленную «иностранным агентом», новый штраф.
Доклад: "Общественные рекомендации по санации незаконных рубок леса в Иркутской области и решению острых проблем особо охраняемых природных территорий Байкала"
Приступая к лечению больного, сначала необходимо установить точный диагноз. Приступая к решению проблемы, необходимо оценить ее масштаб и остроту.
Пытаясь решить «лесные проблемы» Иркутской области, прежде всего следует признать, что именно этот регион в настоящее время является самым крупным плацдармом как законных, так и незаконных рубок в РФ. На долю Иркутской области в 2014 г. пришлось 62% совокупного экспорта древесины всего Сибирского федерального округа (СФО). При том, что наша область занимает лишь 15% площади СФО. Добывает древесины в разы больше, чем другие крупные сибирские регионы. Например, вдвое больше, чем весь Красноярский край. Это значит, что именно здесь орудует самое большое в стране количество «черных» лесорубов, лучше всего налажено «сотрудничество» правоохранителей+чиновников – и «лесных бизнесменов». На дорогах Иркутска и области – самый большой в стране % дорогостоящих автомобилей, купленных за счет истребления тайги. Лесная отрасль Иркутской области сейчас столь «тяжело больна», что спасти её может лишь кардинальное «хирургическое вмешательство». «Пить боржоми» уже давно поздно.
В последние годы объемы заготовок стремительно росли. Каковы они? По официальным данным (Государственные доклады «О состоянии и об охране окружающей природной среды в Иркутской области»), если в 2009 г. легально было заготовлено 19,5 млн. м3, то в 2014 г – 29,2, в 2015 - 34,2.
По мнению экспертов Всемирного фонда дикой природы, (WWF) на долю «черных лесорубов приходится от 10 до 35% всех лесозаготовок в стране, а в отдельных регионах - до 50 %. Есть основания предполагать, что к этим «отдельным регионам» принадлежит и Иркутская область.
За весь советский период такие же рекордные объемы рубок, как в 2015, имели место лишь в конце 1980-х. Но тогда гигантские объемы заготовленной древесины работали на советскую экономику, сейчас – на китайскую. При этом сегодняшние «лесорубочные» процессы намного масштабнее и разрушительнее для природы. Сейчас заготовка тех же 30 млн. м3 древесины охватывает в разы большие площади лесов. Ведь очень часто от спиленных деревьев забираются только лучшие (нижние фрагменты ствола) «сортименты», а большая половина древесины (оставшаяся часть ствола и вся крона) бросаются на месте. Так поступают не только, «черные» лесорубы, но - и законные «арендаторы». Огромное количество деревьев спиливается и вовсе вопреки здравому смыслу.
Картины, увиденные в мае 2011 г. в тайге притоков Верхней Лены повергли меня в шок. На обширных просторах бывшей тайги тут и там мы видели огромные завали брошенных тонкономерных стволов, вывозку которых, вероятно, сочли нерентабельной. Попадались участки, где тонкомерный лес был просто спилен – и брошен на месте, даже не свезен в штабеля. И уже либо подгнил, либо обгорел.
Если «советские» лесозаготовки велись сравнительно локально и более-менее - с соблюдением правил, то теперь все иначе. Почти вся южная половина Иркутской области стала зоной активных лесозаготовок, проводимых варварскими способами. Истребление предбайкальских лесов приобрело беспрецедентные масштабы. Что уже повлекло масштабные экологические последствия.
2015 год характеризовался аномально низким уровнем воды во многих реках Прибайкалья. Высохло множество ручьев, пересыхают многие пруды, озера. Невозможно все это списать на климатические изменения. Наверняка сказалось ослабление водозащитных функций леса.
Что делать?
1. Примерно в 100 раз сократить количество узаконенных мест отгрузки древесины и пиломатериалов на железной дороге. В Иркутской области сейчас имеется более 2,7 тысячи железнодорожных тупиков, в которых грузится лес. Примерно столько же их было в Красноярском крае 10-15 лет назад. Но там их смогли сократить до 24-х (http://articles.ircity.ru/9865/#).
2. Ликвидация подавляющего большинства из многих сотен (возможно речь идет о тысячах) пилорам, возникших за последние 10-15 лет. Как правило, не имеют разрешений на занимаемую землю (под этот вид деятельности). Рассадники незаконных мигрантов. Тысячи тон постоянно горящих опилок и горбыля на свалках за околицами - угроза лесных пожаров, пожаров населенных пунктов.
3. Разрушение сложившейся системы «крышевания» «силовиками» и властными структурами незаконных заготовок древесины, ее незаконной переработки, перевозки. «Чистка» среди работников лесной отрасли.
4. Воссоздание «полнокровной» и полноправной лесной охраны (вместо ее нынешней имитации), восстановление (и усиление) областной авиационной базы защиты лесов. Это необходимо не только для сокращения объемов незаконных рубок, но еще в большей степени – для борьбы с лесными пожарами.
Проблемы ООПТ
1. В конце 2013 г. в «Закон об ООПТ» внесена поправка, о взимании платы за посещение ООПТ. Её негативные последствия огромны. Для национальных парков, возможно, вред даже более значителен, чем для заповедников. Например, в Прибайкальском национальном парке (ПНП), испытывающем огромный туристический пресс (600-800 тыс. посетителей в год), немногочисленный штат охраны тратит время и силы на «обилечивание» посетителей. В ущерб своей природоохранной деятельности, в том числе – борьбе с лесными пожарами (2015 г. был очень показателен). И при этом удается собирать плату примерно лишь с 5-10% от общего числа посетителей. Считаю, что необходимо отменить обязательную плату за посещение федеральных ООПТ. Инспектора должны контролировать соблюдение природоохранного режима, бороться с пожарами, но не превращаться в билетеров или в «обслугу» для туристов.
2. Регулярно «всплывают» законодательные поправки, позволяющие изымать из федеральных ООПТ участки, «утратившие природную ценность». Чрезвычайно опасная инициатива, способная лишить заповедники и национальные парки ценнейших природных участков (в первую очередь расположенных вблизи побережий), представляющих «финансовый интерес» для бизнеса и коррумпированных чиновников
3. Важная проблема - застройка (в основном туристическими объектами) уникальных природных участков, объясняемая «прорехами» в действующем законодательстве.
Особенно лакомым куском сейчас являются 110 тыс. га земель сельскохозяйственного назначения Ольхонского района, включенных в состав Прибайкальского национального парка (ПНП) без изъятия из хозяйственного использования. Уже отработаны схемы их застройки: создается дачное некоммерческое товарищество (ДНТ), затем земельный участок продается. Новый землевладелец считается «добросовестным приобретателем» и совершенно безнаказанно может строить турбазу или особняк (подробнее -). Эту прореху необходимо перекрыть. Конкретное предложение: запретить создание ДНТ на землях сельскохозяйственного назначения включенных в состав национальных парков.
Опасность для этой категории земель представляют новые депутатские инициативы: на парламентских слушаниях (17 ноября 2014 г.) депутат ГД Сергей Тен выступил за совершенствование регулирования земельных отношений на особо охраняемых природных территориях (ООПТ), которые бы позволили использовать в хозяйственной деятельности земли национальных парков «без ущерба для экологии».
Речь именно об упомянутых 112 тыс. га земель сельскохозяйственного назначения ПНП. С точки зрения биоразнообразия и охраны природы в целом, это самые ценные земли не только Иркутской области, но и всего Байкальского региона. Такие инициативы чрезвычайно опасны для дела сохранения оз. Байкал, их необходимо блокировать.
Каждый год появляются все новые проекты «социально-экономического развития», представляющие огромную опасность для природы оз. Байкал.
Так, в 2015 г. власти Иркутской области объявили о возвращении к проекту "Байкальский луч", включающему строительство автомобильного моста через исток Ангары. /?IDE=133408
«Мост между Листвянкой и портом Байкал будет построен в границах участка, который предполагается включить в туристскую особую экономическую зону "Ворота Байкала". Документы на расширение границ турзоны сейчас находятся на рассмотрении Минэкономразвития РФ». Трудно представить что-либо более абсурдное для экономики и вредное для природы. http://baikalwave.org/kontrol/132-eshche-odin-proekt-ubijstvennyj-dlya-bajkalskoj-prirody
Власти Иркутской области возвращаются к идее создания международного этнокультурного центра «Байгал» в местности Шарагай Ольхонского района. Старт работам на плато вблизи священной горы Ёхор уже дан. ...
Мэрия муниципалитета предоставляет под проект 142 гектара, уже переведённых из категории земель сельхозназначения под рекреационные нужды, уточнил Сергей Копылов. На участке завершены гидрологические и археологические изыскания. Получено согласование руководства Прибайкальского национального парка. -: http://vsp.ru/social/2015/06/23/555176#sthash.k8BD7Wxu.dpuf
Эти 142 га - из числа 112 тыс. га земель сельхозназначения, включенных в Прибайкальский нац. парк. Речь идет о реликтовой Тажеранской степи.
В устье р. Анги - на ценнейшем для птиц участке - планируют построит пирс для "Байгала".
Проект «Схемы территориального планирования центральной экологической зоны Байкальской природной территории» предполагает строительство трех новых ЛЭП по территории ПНП: Курма-Онгурёны, Листвянка - Б. Голоустное, Иркутск-Листвянка. http://geol.irk.ru/baikal/activ/mactivinfm/ territorialnoe-planirovanie-na-bajkalskoj-prirodnoj-territorii/redaktsiya-2-ot-15-10-2010
В первом случае речь идет о 70-километровом отрезке на берегу Малого Моря. Появление здесь ЛЭП (и неизбежных при её строительстве дорог) вызовет массовую застройку турбазами и загородными домами пока еще почти нетронутых территорий. ЛЭП Листвянка-Б. Голоустное проходит вдоль берега Байкала (на протяжении 30 км), пересекает участок заповедной зоны ПНП. Раньше подобное строительство было невозможно, поправки к «Закону об ООПТ» разрешили строительство любых объектов во всех (т.е. и в заповедной) функциональных зонах национальных парков по решению Правительства РФ.
Вдоль этого берега, чераз заповедную зону ПНП, желают строить ЛЭП.
Пришло время требовать для ООПТ, расположенных в пределах центральной экологической зоны Байкала, полного запрета на подобные губительные для природы проекты. Одного закона «Об ООПТ» уже недостаточно. В последние годы в него внесено множество поправок, резко ослабивших уровень охраны не только национальных парков, но и заповедников. Хотя бы на Байкале ООПТ необходимо оградить от проектов, подобных вышеперечисленным.
4.На Байкале огромный ущерб растительному покрову (включая длинный перечень «краснокнижных» видов), животному миру (особенно земноводным, рептилиям, слёткам птиц, сусликам) наносят квадроциклы. Подробнее об этом: http://vryabtsev.livejournal.com/10677.html, http://vryabtsev.livejournal.com/9851.html, http://vryabtsev.livejournal.com/7914.html, http://vryabtsev.livejournal.com/7429.html
Снятый нами и Гринпис видеоролик:
Предложение: а) в центральной экологической зоне Байкала ввести запрет на использование квадроциклов, горных мотоциклов, багги, гидроциклов. Исключение (по квадроциклам) – для природоохранных служб, выполняющих свои функции.
б) Запретить на всех федеральных ООПТ использование квадроциклов в рекреационных целях.
