Как Feduk и Хаски перекричали «Голос кочевников»
11-12 июля в туристическом комплексе «Степной кочевник» в Заиграевском районе Бурятии пройдёт фестиваль «Голос кочевников». Мероприятие, которому исполняется 15 лет, давно переросло рамки местного этнофестиваля. Главные хедлайнеры 2025 года — рэперы Feduk и Хаски. Их приглашение вызвало споры, расколовшие аудиторию. Одни видят в этом шанс привлечь молодёжь и туристов, другие — предательство изначальной миссии фестиваля. Министр культуры Бурятии Соелма Дагаева и арт-директор Наталия Уланова стоят за этим решением. Бабр разбирает, почему это провал.
«Голос кочевников» стартовал как платформа для этнической музыки. Он представлял культуру Бурятии и соседних регионов, собирал исполнителей из Азии и России, подчёркивал многообразие традиций. Ацагатская степь превращалась в сцену для уникального звучания, далёкого от мейнстрима. За 15 лет фестиваль превратился в мультижанровый опен-эйр, где этническая музыка потонула в шуме электроники и рока.
Этот поворот положительно сказался на приросте аудитории. В последние годы фестиваль собирает более 15 тысяч гостей. Туристы из других регионов и стран вносят вклад в бюджет Бурятии, хотя с учётом стоимости гонораров звёздных артистов республика вполне может уйти в минус. От этнических корней остались лишь декорации и название мероприятия.
Feduk и Хаски
Фёдор Инсаров, он же Feduk, прославился треком «Розовое вино» в 2017 году, на что делают акцент те, кто не желает его видеть в Бурятии. Якобы в песне есть пропаганда запрещённых веществ. В феврале 2024 года концерты Feduk отменяли в Тюмени и Нижнем Новгороде. Правда, по техническим причинам, деньги за купленные билеты вернули, а сам исполнитель пообещал, что концерты состоятся позже.
По словам хейтеров, в Россию Feduk возвращается ради заработков. Его гонорар для «Голоса кочевников» пока неизвестен, но группа The Hatters получила за выступление 3,48 миллиона рублей из республиканского бюджета в прошлые годы. Feduk, как более популярная фигура, обойдётся не дешевле.
_17233320_b.jpg)
Дмитрий Кузнецов, известный как Хаски, — фигура ещё более «токсичная», если судить строго по строчкам из песен. Примеры: «Помнишь, ты умерла? И мы твоё мясо ели, что пахло, как мумия, забытая в мавзолее» (пропаганда каннибализма и наезд на дедушку Ильича) или «Одна пуля для х... и одна пуля для ж..., одна пуля для хохла — остальное я оставил на русню» (разжигание межнацрозни). Если же серьёзно, то сейчас Хаски позиционирует себя как музыканта, ищущего русское звучание. Но его новые эксперименты часто сводятся к пародии.
Например, трек «Сказки» удивил в момент выхода, но сейчас кажется просто клюквой с балалайками и медведями, а «Шансон-2» пережёвывает эстетику блатняка. Из визионера, которым Хаски был на альбоме «Хошхоног» 2020 года, он превратился в продавца штампов, упрощающего русскую культуру до карикатуры.
Хаски и Feduk выступали на «Пикнике Афиши» в 2024 году. Там их приняли с радостью. Но «Голос кочевников» — это не столичный фест для любителей смузи и лавандового рафа (при всех попытках Соелмы Дагаевой и Наталии Улановой превратить его в таковой). Это событие с этнической историей и семейной аудиторией. Поэтому именно в Бурятии у людей возник диссонанс.
Жажда денег вместо миссии
Арт-директор Наталия Уланова отвечает за лайн-ап фестиваля. Она гонится за хайпом, а не за смыслом. Громкие артисты — приманка для молодёжи (в широком смысле слова), которая принесёт кассу. Местные рэперы соберут 100–200 человек. Feduk и Хаски — тысячи. Хаски родом из Улан-Удэ, но в родную республику он возвращается только на съёмки очередного клипа.
Соелма Дагаева как министр культуры несёт главную ответственность. Её задача — защищать культурное наследие Бурятии. Но Дагаева не продвигает традиции, а закапывает их под слоем попсы. Минкульт Бурятии не в первый раз тратит миллионы из бюджета на сомнительных звёзд. Недавно Дмитрий Дюжев получил 670 тысяч рублей за концерт в Улан-Удэ на 8 марта, где выдал идиотский комплимент про местный «прищур от солнца».
Ладно, если бы Дюжев, Feduk и Хаски приезжали в республику на частные инвестиции, а не на налоги жителей республики. Тогда вопросов было бы ровно ноль. Но Дагаева разбазаривает бюджетные деньги на релокантов и провокаторов, а также игнорирует местных артистов и этническую сцену.
Почему? Ответ прост: туризм и PR. Организаторы твердят, что громкие имена повышают привлекательность региона. Но Бурятия — не площадка для скандальных гастролёров. Её культура заслуживает большего, чем Feduk с его «мариванной» и Хаски с его «пулями». Бюджетные миллионы стоит направить на местных артистов и этнические коллективы из Азии. Туризм не рухнет без рэперов: природа и традиции Бурятии сильнее любых хайповых имён. Баланс между коммерцией и культурой возможен, но не с такими хедлайнерами.
_17234425_b.jpg)
Уроки от успешных этнофестивалей
Мировая практика показывает, что этнофестивали могут быть успешными и при этом сохранять свою идентичность. Например, WOMAD (World of Music, Arts and Dance), созданный Питером Гэбриэлом, собирает артистов со всего мира, но делает акцент на культурном разнообразии и уважении к традициям. Организаторы избегают приглашения поп-фигур, чтобы не отвлекать внимание от миссии фестиваля.
Другой пример — Rainforest World Music Festival в Малайзии. Он сосредоточен на музыке коренных народов и дополняется мастер-классами, лекциями и выставками, что усиливает его образовательную и культурную ценность. В России можно выделить «Мир Сибири» в Красноярском крае, где традиционная музыка и народные промыслы привлекают тысячи гостей без приглашения поп-звёзд.
Эти фестивали доказывают, что аутентичность и качественная организация важнее громких имён.
Сокровище, которое игнорируют
Бурятия славится своими талантами, которые могли бы стать душой «Голоса кочевников». Группа «Намгар», исполняющая бурятскую музыку в современном стиле, способна вдохновить как местную, так и приезжую аудиторию. В марте филармония отменила концерт группы в Ацагате из-за недостаточного количества проданных билетов. При этом многие комментаторы, читатели местных СМИ, отметили, что впервые услышали о концерте, не видели никакой рекламы о нём или с радостью сходили бы на него летом, а не в марте. Избежать же рекламы «Голоса кочевников», если ты подписан на бурятские СМИ, практически невозможно.
Организаторы недооценивают потенциал местных артистов и считают, что они не привлекут толпы. Это ошибка. С грамотной рекламой и поддержкой такие группы могли бы стать не меньшим магнитом, чем федеральные звёзды, а заодно популяризировать бурятскую культуру — главную цель фестиваля.
Инвестиции в местную сцену — это вложение в будущее. Гранты для молодых музыкантов, конкурсы талантов и сотрудничество с музыкальными школами могли бы вырастить новое поколение артистов, представляющих Бурятию на мировой арене. Вот так должен мыслить настоящий министр культуры, любящий свой регион.
Бабр продолжит внимательно следить за развитием событий.
