О гарантированном отсутствии гарантий
Во время недавней кампании по выборам депутатов Госдумы, переключая телеканалы, вспомнила анекдот брежневских времен, рассказывала председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, выступая на семинаре Клуба региональной журналистики в Москве. Включает человек телевизор, там Леонид Ильич выступает, переключает на другой канал – и там Брежнев, переключает на третий – а оттуда ему строго говорят: «Ты мне щас допереключаешься...».
Так вот, переключив несколько раз с канала на канала, которые старательно показывали Грызлова, Шойгу, Шойгу, Грызлова, остановилась, а то, думаю, допереключаюсь ведь... Как и почему получилось, что после десяти и более лет демократических преобразований, движения к цивилизованному государству граждане страны без особых усилий со своей стороны легко испытывают те же ощущения, что и во времена застоя, куда и когда подевались права и свободы, которые вроде бы все получили столь же давно, и что же ждет нас дальше? Об этом и рассуждает Л. Алексеева - одна из самых известных правозащитников России.
Время Свободы
Гражданин современной России, по сравнению с гражданином РСФСР, чрезвычайно выиграл в гражданских и политических правах. Страна выбралась из тоталитарного режима, и теперь у нас государство для человека, а не человек для государства, как в СССР. Впрочем, в результате такого перевертыша россияне лишились социальных гарантий на занятость, на бесплатное здравоохранение и образование. Поэтому спросите тех, кто застал советское время в разумном возрасте, и наверняка они ответят, что в Советском Союзе чувствовали себя более защищенными, чем в РФ. В конце 80-х – начале 90-х годов были принятые базовые демократические законы, прошли первые свободные выборы. Именно в эти годы произошло наиболее глобальное обновление политической элиты. В 1987 году состоялось массовое освобождение политзаключенных, которых насчитывалось 3 тыс. человек. Граждане начали получать загранпаспорта. Появились первые свободные СМИ – газета «Московские новости», журнал «Огонек», программа «Взгляд». Получили возможность свободного развития церкви. Президент Ельцин стремился пройти путь реформ, не урезая права и свободы граждан. В декабре 1993 года была принята Конституция, которая гарантировала гражданам России права и свободы ничуть не меньше, чем жителям Запада (хотя неприученные россияне этими правами и свободами не пользовались, но это уже другой вопрос). Принятие Конституции ознаменовало новый этап в жизни страны. Начался мощный рост правозащитного движения. Стали создаваться бесплатные юридические приемные, основная масса обращений в которые была связана с нарушениями социальных прав. В октябре 1993 года произошел роспуск Верховного Совета, который сопровождался роспуском всех региональных и местных советов, избранных в 1991 году, когда выиграть выборы можно было без финансовых ресурсов и поддержки администрации. Это было время, когда люди работали на кандидата, агитировали за него только потому, что верили ему. К 1995 году такие случаи стали единичными, к 1999 – оказались достоянием истории.
Приехали...
После каждой революции непременно идет откат назад, это закономерность, а не катастрофа. В 1995 году так и случилось. Но вот избрание президентом страны Владимира Путина – это уже не откат, это создание полицейского государства. Понятно, что человек из ФСБ не может управлять по-другому, даже если он и хочет, как лучше, он просто не умеет. Соответственно, в ходе перемещения страны от президента Ельцина к президенту Путину гражданские и политические права граждан становились все меньше и меньше. В конце концов, произошло укрепление власти не закона, а бюрократии, что и привело к резкому ущемлению прав граждан. Очень заметно это сказалось на СМИ - начали закрывать частные телеканалы, не пускать журналистов в Чечню. Специально было организовано дело Бабицкого – чтобы продемонстрировать журналистам, что будет с тем, кто посмеет нарушить запреты. При этом Чечня ведь является территорией России, и никто не имеет права запретить любому гражданину РФ передвигаться по территории своей страны. Реальные потери федеральных войск скрываются – потому что на самом деле в двух чеченских войнах они, как минимум, в два раза превышают официальные. При этом потери со стороны мирного населения не фиксируются вообще, а ведь мирных граждан гибнет гораздо больше, чем военных с обеих сторон. Именно тупая жестокость федеральных военных привела к тому, что Чечня стала очагом терроризма.
Одно из последних событий, которое было вполне в русле предыдущих, – арест Михаила Ходорковского. Очень показательно, что начали с главы первой прозрачной компании, которая платила все налоги, которая реализовывала массу общественных проектов, которая первой шагнула навстречу народу. Это стало знаком для всех остальных: власть хочет, чтобы они оставались в тени, так как это позволяет власти осознавать очень приятную вещь - что предприниматели зависимы от нее. Власти выгоден теневой «бандитский капитализм». Свои олигархи разных уровней есть в каждом регионе. И преследования ЮКОСа на федеральном уровне вызвало волну вымогательств в субъектах. Это вполне может стать сигналом к переделу собственности, хотя нас усиленно заверяют, что этого не будет. Что касается Ходорковского, то ясно, что на ангела он не тянет – как и у каждого предпринимателя, у него можно найти ряд прегрешений, совершенных в ранний период деятельности. Но ведь еще Генри Форд говорил: «Я могу отчитаться за каждый нажитый мною миллион долларов, кроме первого».
Выборы прошлые и будущие
Административный ресурс на выборах применяется с 1993 года, но с каждым годом, и особенно в последнее время, эта практика становится все бесстыднее. Рыба гниет с головы – именно на федеральном уровне началось применение адмресурса, повторенное регионами. Примеры: снятие Руцкого с выборов в Курске за один день до голосования, снятие всех трех перспективных кандидатов на выборах президента Чечни. В ходе последних выборов депутатов Госдумы мы наблюдали бесстыдное раскручивание «Единой России» - вплоть до указаний местным чиновникам, сколько партия власти должна набрать на их территории. При этом велась активная дискредитация СПС и «Яблока», особенно досталось КПРФ. Мониторинг, проведенный в регионах Московской Хельсинской группой, показал, что по числу грубых нарушений законодательства эти выборы оставили далеко позади кампанию 1999 года, которая отличалась своей «чистотой». В результате, получили Госдуму, в которой царит пропрезидентская «ЕР», вкупе с «Родиной» и ЛДПР, которые пропагандируют шовинизм и жестокость. Оказались на повороте не просто к полицейскому государству, а еще и с национал-социалистической идеологией. По социологическим опросам, в настоящее время около 7% населения представляют собой злобных, чаще всего малообразованных шовинистов, уже сегодня готовых участвовать в погромах.
Что касается заявлений проигравших о фальсификации результатов, то, в частности, «Яблоко» и СПС – слабые партии, вряд ли от их результата отняли более 1%. Впрочем, «ЕР» – тоже очень слабая партия, потому что это и не партия вовсе, а просто сборище желающих сделать карьеру. Некоторых туда, конечно, загнали насильно. Идеологии нет в принципе – ну что это за идеология «Мы за президента»? К тому же, от столь активного впихивания «Единой России» всем в глотки народ начало подташнивать. И вообще, хорошо бы им помнить о традиционной российской особенности: народ любит царя, но зело не любит бояр, которые всегда плохи. Царь у нас – ВВП, бояре – «едроссы». На выборах президента РФ победит Путин, но борьба будет жесткой. В первый раз Владимир Владимирович прошел на «ура», но тогда претензий к нему не было, теперь поднакопились. Выборы, скорее всего, пройдут в один тур – это ведь дело чести каждого регионального начальника обеспечить победу с первого раза, и они не допустят, чтоб у них случилось безобразие.
Чем сердце...
Ясно, что в других странах было несколько проще: получив демократию, люди получали колбасу и ботинки. У нас остались с демократией, но без колбасы и ботинок, потому немудрено, что сразу стали плакать и проситься назад. Но деваться нам некуда. Китайского варианта не получится – уже поздно. Он бы мог получиться, если бы Хрущев, вытащив один кирпичик из стены, не испугался. Но он сдрейфил, и второй кирпич потащил только Горбачев – тут-то все и началось. Также не стоит надеяться, что нас кто-нибудь оккупирует. Все придется делать самим. Немного утешает только то, что в России все-таки существует гражданское общество, хотя и невзрослое и неокрепшее. Очень рассчитываю, что осознание надвигающейся опасности позволит обществу и бизнесу заключить союз. Тогда их силы будут равны силам бюрократии, и мы посмотрим еще, кто кого.
