Михаил Делягин: Никогда за всю нашу историю у страны не было столь безответственного руководства

Министр экономики Андрей Белоусов сказал, что лучше уж пережить краткую острую фазу кризиса, чем «постоянно находиться в состоянии его ожидания». Белоусов считает предпосылками кризиса то, что сейчас в России не будет расти добыча нефти, что нужно кардинально модернизировать социальную сферу, и наконец, что на нас давит напряженность в мировой экономике.

А Путин признал, что страна по-прежнему имеет высокий уровень зависимости от цен на нефть, и что «такая экономика очень уязвима», что «России необходим не просто бездефицитный бюджет, а, что называется, с запасом прочности». Правда, На Международном экономическом Форуме Путин заявил, что сегодня у России «достаточно средств для преодоления возможных кризисов».

- Прав ли Белоусов, считая, что лучше быстрее пережить острый кризис, чем жить его ожиданиями? И если в России наступит кризис, то когда, как Вы считаете?

- Пережить плохое быстро, конечно, лучше, чем бесконечно мучиться его ожиданием, - если знать, что переживешь. Но нам ведь никаких подобных гарантий давать даже не пытаются.

В апреле 1991 года повышение цен при тогдашнем премьере Павлове как раз и прошло под неформальным лозунгом «Лучше ужасный конец, чем ужас без конца», и что? – сначала действительно наступил конец, но потом начался ужас, и для значительной части нашего народа он продолжается до сих пор.

Повторение лозунгов, под которыми погибал Советский Союз, и тем более их претворение в жизнь неправомерно.

Наступающий российский кризис, - на сугубо экономические причины которого Белоусов, кстати, указал первым из российских экономистов много лет назад, - вызван глубочайшими структурными диспропорциями, которые не удастся быстро нейтрализовать. Поэтому пережить его быстро не удастся: он будет затяжным и мучительным. А если учесть, что на него, скорее всего, наложится и переход в острую форму глобального кризиса, «шапкозакидательские» настроения представляются просто странными.

Он гарантированно не начнется до осени следующего года и точно начнется до 2018 года.

- В чем он проявится и как будет отличаться от общемирового?

- Мировая экономика под бременем глобального монополизма рано или поздно, причем скорее уже рано, обрушится в глобальную депрессию. В ее условиях Россия будет единственной страной, сохраняющей теоретические возможности развития. Причины - наличие сверхпроизводительных «закрывающих» технологий советского ВПК, пусть и не получивших распространения, достаточно емкого внутреннего рынка и отсталой инфраструктуры, объективно требующей модернизации и тем самым обеспечивающей главный дефицит периода депрессии – «фронт работ».

Но, чтобы воспользоваться этими возможностями, нужно будет оздоровить государство, поставив его на службу народу России, а не глобальному спекулятивному бизнесу.

Наш кризис может быть усилен и ускорен внешним фактором, как в 1998 и в конце 80-х, но вызван будет внутренними причинами. Его характер будет определяться фактором, который станет непосредственным катализатором срыва в системный кризис. Это может быть и обесценение нефти, и техногенная катастрофа, и «обострение дружбы народов», и межклановые конфликты внутри правящей тусовки, включая возможную попытку этнической организованной преступности взять политическую власть.

Разные непосредственные причины кризиса породят разные сценарии, по которым он будет проходить.

- В чем Вы видите предпосылки для кризиса в России, согласны ли Вы с видением Белоусова?

- Белоусов политкорректно называет сугубо экономические причины, не уточняя, что делает нас беззащитными перед ними. Министру, собственно, по-другому и нельзя.

Но главное, что блокирует развитие нашей экономики и что обеспечивает быструю деградацию социальной сферы, не говоря о дебилизации населения, - это коррупционный паралич государства и вызванный им тотальный произвол монополий и силового рэкета.

- В чем будет заключаться новый кризис и как он скажется на рядовых гражданах? С чем конкретно мы столкнемся?

- С падением доходов, а то и потерей работы, банкротством банков, девальвацией рубля и ростом цен, исчезновением некоторых важных импортных продуктов (например, лекарств), скачкообразным и безнаказанным ростом преступности, в первую очередь этнической. Возможны техногенные катастрофы. А вот рост обычной аварийности (и заболеваемости) почти обеспечен. Государство утратит контроль за всеми важными сферами общественной жизни; по сути дела, оно распадется, и его станут строить заново.

- Как вести себя в пору кризиса? Может быть, сейчас нужно потратить накопления, куда-то их вложить, или, наоборот, беречь деньги?

- Беречь друзей, беречь деньги, беречь нервы и здоровья. Целую книгу про это написал в 2008 году, но это – квинтэссенция.

- Согласны ли Вы с мнением президента Путина о том, что у нашей страны «достаточно средств для преодоления кризисов»? Каковы эти средства?

- Средств достаточно для того, чтобы направить их на модернизацию, снять страну с «нефтяной иглы» и сделать себя неуязвимыми перед внешними шоками. Если продолжать политику четверти века национального предательства и по-прежнему блокировать развитие общества, превратив его деградацию в источник личного обогащения, любые средства превратятся в «гробовые». А «гробовые» - это деньги для пристойных похорон, а отнюдь не для их избежания.

Сегодня у России столько свободных денег, сколько не было никогда за всю ее тысячелетнюю историю: более 512 млрд.долл. международных резервов, 6.5 трлн.руб. неиспользуемых остатков на счетах бюджета – это более половины годовых расходов!

Потому, что никогда за всю нашу историю у нее не было столь безответственного руководства, категорически не желающего исполнять свои обязанности по обеспечению общественного прогресса.