«Еще лет десять нам жить с шахидками»
Известный ученый этнолог не верит в быструю победу над терроризмом
Член-корреспондент РАН, заведующий отделом народов Кавказа Института этнологии и антропологии РАН, Сергей АРУТЮНОВ считает, что террористами движет отнюдь не религиозный фанатизм. В беседе с корреспондентом «Новых Известий» он рассказал о подлинных причинах роста экстремистской активности и дал прогноз развития ситуации.
– Сергей Александрович, события в Беслане способны привести к новому осетино-ингушскому конфликту?
– Вне всякого сомнения, их основной целью и являлась детонация затухшего осетино-ингушского конфликта. Кажется, к счастью, этого не произошло. Акты насилия хотя и имели место, но их количество было минимальным. Власти вовремя перекрыли границы Осетии. Надеюсь, большого кровопролития уже не получится.
Но у бесланской трагедии может быть и иное значение. Не исключено, что за ней стояли какие-то люди из спецслужб, которые враждебны Путину. Мои информаторы на Кавказе практически все убеждены, что все теракты, начиная с убийства Ахмат-Хаджи Кадырова, не могли и не могут проходить без пособничества предателей в самих спецслужбах. Вопрос лишь в том, сколь высокого ранга эта коррупция достигла, какие эшелоны и чины она затронула.
– Терроризм часто называют порождением, эдаким Големом спецслужб ведущих стран мира.
– Это верно. С одной стороны, терроризм порождается спецслужбами, может быть, из благих намерений, но неправильно реализуемых. С другой – в спецслужбах есть свои группировки, интриги: какие-то люди хотят скинуть действующее руководство и сесть сами на его место. Для этой цели им очень подходят террористы, с которыми они поддерживают контакты.
– А какие же все-таки цели преследует международный терроризм, если о нем вообще можно говорить как о монолитном явлении?
– Являются ли «Тигры Тамил-Илама», или ИРА, или ЭТА частью мирового терроризма? Являются. Но в той мере, в которой такие террористические группировки могут заключить союз против, скажем, как глобального мегаполиса, техногенной цивилизации.
– Шамиля Басаева можно назвать представителем международного терроризма?
– Собственно говоря, цель Басаева – не независимая Чечня, а создание на Северном Кавказе ядра будущего мирового халифата. Цель «Аль-Каиды» и родственных ей организаций – это тоже создание мирового халифата. И в этом смысле Басаев, да, является сегодня агентом бен Ладена.
– А сколько в Чечне осталось боевиков первой волны, так называемых сепаратистов-романтиков?
– Мало их осталось. И они разошлись в разные стороны. Скажем, Масхадов и Закаев в одной стороне, а вот такой романтик, как Хож-Ахмед Нухаев (находится в вынужденной эмиграции. – «НИ»), – совсем в другой. У него иные политические проекты.
– Кстати, а Масхадов тоже агент бен Ладена?
– Никоим образом не нужно путать Басаева и Масхадова. Этих двух людей свел вместе чеченский геноцид. Их вынудили стать временными союзниками. Союз этот очень шаток: они друг друга ненавидят. Масхадов – человек светский, полковник советской армии. Он вообще далек от ислама. Весь исламизм его показной. Уж если Масхадов и будет поддерживать ислам, то, конечно, не ваххабитское, а суфийское направление. Масхадов с удовольствием, если ему помочь, расправится с Басаевым и его боевиками. Признает российский протекторат. Если только пообещать ему определенные политические дивиденды. Скажем, если с него снимут преследование, допустят к участию в честных президентских выборах.
– А что такое вообще ваххабизм в понимании кавказских экстремистов?
– Разные формы исламского фундаментализма и пуританизма, не укладывающиеся в достаточно четкое понимание ваххабизма, действительно имеют место в некоторых кавказских регионах. Но среди радикалов, между прочим, не только кавказцы, но и много неофитов славянского происхождения. Эти фундаменталистские направления могут привлечь к себе только человека, у которого в душе пустота. Если она заполнена хотя бы самыми начальными представлениями традиционных религий, то эти направления его уже не привлекут.
Что касается Чечни, то там подавляющая часть боевиков сегодня – это люди с очень примитивным мышлением. Хороший исламовед найдет на каждой странице ваххабитских изданий, которые они читают, кучу ереси. Но этим людям никакой «изм» не нужен. Они фанатики, но фанатики ксенофобии, обозленные против всех, кто не с ними. Их, собственно, нельзя назвать ни религиозными, ни национальными экстремистами.
– Но ведь пресловутые шахидки не появляются ниоткуда?
– А при чем тут религия? Это кровная месть. Вы знаете, всегда, когда не оставалось мужчин, которые бы мстили за нанесенную семье обиду, женщина брала на себя эту роль.
– Получается замкнутый круг. Женщины мстят за родственников. Не всегда адекватная ответная реакция силовиков калечит судьбы новым людям. Появляются новые террористки.
– Точно. Лет 10 как минимум нам жить с шахидками.
