Медвежий бал: как ЕдРо победило «Единую Россию»
В России закончились очередные выборы. Хотя «выборами» сие действо получается назвать лишь с большой натяжкой.
У «выборов» есть три главных аспекта: запрограммированность результата; низкая легитимность; порожденная этим тревожность. Ниже я пытаюсь разобраться с каждым.
Победа без победы
Перед администраторами думских выборов всегда стоит одна главная задача: получить устойчивое большинство для «Единой России», без оглядки на рейтинги и политические реалии. В каждый электоральный цикл эта задача решается по-разному, но решается неизменно, превращая «выборы» в политтехнологическое и церемониальное действо по удержанию власти в одних руках. Такова логика авторитарного режима, который не готов отказаться от самой процедуры, но еще менее готов наполнить ее реальным содержанием.
В 2007 году задача решалась за счет уничтожения системной праволиберальной оппозиции (прежде всего «СПС») и красивого симулякра под названием «План Путина». В 2011 году — за счет каруселей, вбросов и создания целого ряда так называемых электоральных султанатов на Северном Кавказе, в Поволжье и некоторых других национальных республиках. В 2016 году — за счет Крымского консенсуса и перехода к смешанной выборной системе. В 2021 году — за счет отравления и посадки Навального, разгрома несистемной оппозиции, достаточно массовых репрессий, запуска нескольких партий-однодневок, трехдневных выборов и ультимативной технологии электронного голосования.
Обращает внимание, что по сравнению с предыдущими циклами в 2021 году режим потратил на удержание власти максимум сил при минимальном результате. 49,8%, официально полученные «Единой Россией» по спискам, это повторение откровенно неудачных выборов декабря 2011 года и заметно хуже кампаний 2007 и 2016 годов. В итоге, при реальном электоральном рейтинге на уровне 25-30%, «медведи» сохранили конституционное большинство — но какой ценой? А цена настолько велика, что отсутствие громких празднований, факельных триумфальных шествий и прочих выражений публичной радости в связи с победой кажется чем-то закономерным, а еще — крайне неприятным для кураторов Администрации президента.
Голая свита
На этих «выборах» не ставился вопрос о власти — именно поэтому я беру слово выборы в кавычки. Но в то же время они стали занимательным соревнованием политтехнологий, где формальная победа осталась за властью, а вот медийная — скорее за оппозицией, и это важно учесть, подводя итоги дерби.
Режим победил: одномандатники от «ЕР» задавили конкурентов административным ресурсом, Умное голосование команды Навального в значительной мере нейтрализовали через волшебный «блокчейн» с ключом доступа ФСБ, а энергию протестного городского электората загнали в системное русло, выделив карикатурным «Новым людям» символическую фракцию в дюжину кресел.
Но режим и проиграл, потому что не смог обеспечить свою номинальную победу должным пропагандистским сопровождением. Эти «выборы» стали самыми откровенными и наглыми с точки зрения фальсификаций, и, в отличие от 2007, 2011 и даже 2016 годов, никто даже не пытается убедить широкие народным массы в честности обнародованных результатов. Все ограничилось констатацией: мы победили, и точка, а кто не согласен — враг России.
Оппозиция и, шире, открытое общество, состоящее из неравнодушных граждан и независимых экспертов, четко, быстро и компетентно доказало, что «Единой России» приписали минимум 14 миллионов голосов. Было показано, где, как и за счет чего происходил аномальный рост голосования за «медведей». А главное — было продемонстрировано, что в тех местах, где считали относительно честно, «ЕР» набрала столько же, сколько КПРФ, а с учетом голосов за другие партии, и вовсе проиграла, 30% на 70% в пользу альтернативных сил. Более того, проигранными оказались даже многие округа в Москве и Санкт-Петербурге, и спасать результат там пришлось за счет совсем уж наглых махинаций с электронными голосами.
Технологический контроль над избирательной машиной дал «ЕР» большинство при худшем рейтинге за всю историю, однако технологичность цифрового мира позволила обществу оценить истинный масштаб фальсификаций и понять их механизм. Это дорогого стоит, делая «избранную Госдуму» полностью нелегитимной в глазах огромного числа людей как внутри страны, так и за ее пределами.
Страх — главная скрепа
На чем долгие годы зиждилась стабильность Путинской системы? На том, что несмотря на все фальсификации и зачистку политического ландшафта, система имела поддержку большинства. Это большинство было утрачено после президентских выборов 2018 года — кажется, безвозвратно. Подробней об этом можно почитать здесь:
На пороге новых потрясений: эрозия Путинского большинства
В 2020 году, на конституционном плебисците, для Обнуления пришлось вбросить больше 20 миллионов голосов, а в 2021 году сохранение трупа «Единой России» в качестве «партии власти» обошлось в 14 миллионов голосов. Причем на этот раз процесс сопровождался зримым ужесточением полицейского давления и полновесными гонениями в духе среднеазиатских деспотий. Всего за каких-то три года Россия прошла путь от вялого авторитаризма до внеконституционного персоналистского режима с опорой на силовиков.
Власть знает, что у нее больше нет поддержки большинства, и поступает в соответствии с этим знанием. Страх и репрессии становятся главной скрепой и едва ли не единственным содержанием внутриполитического курса. Но этот страх пронизывает не только обывателей и недовольных, он транслируется сверху — через головы тех, кто пытается зацементировать общество. Страх порождает страх и питается страхом. Линейная логика. Замкнутый круг. И все меньше возможностей что-то изменить и куда-то свернуть.
«Выборы» 2021 года должны были принести системе успокоение, передышку, но принесли лишь нервозность и желание сохранить нажитое в преддверии куда более ощутимых потрясений 2023-24 годов. Системе страшно, людям тоже, каждый сам за себя— готовый рецепт большой Смуты.
