Какой замечательный фестивальный патриотизм!

Во «Вконтакте» произошла у меня небольшая стычка с Артемом Драбкиным. Человек известный по ряду своих книг «Я дрался на....» чем-то там. Таких сборников воспоминаний у него много и все их перечислять, пожалуй, не нужно. Были у него и другие проекты, связанные с историей Великой Отечественной войны.

Так вот, изволил Драбкин написать на своей странице «Вконтакте»: «Мне намного ближе человек, не знающий, когда началась Великая Отечественная, но празднующий 9-е мая потому что Победа и «дедывоевали», чем тот, кто может отличить сормовскую Т-34 от тагильской и знает даты проведения Острогожско-Россошанской операции, но при этом твердит про «трупамизакидали» и «Жуковкрлвавыймясник». История она не про даты, а про смыслы».

Мимо такого вряд ли можно пройти. Я написал комментарий под этим постом: «А косточки солдат бросить в поле незахороненными - это тоже про смыслы? Любому министру обороны СССР достаточно было росчерка пера, чтобы сотни тысяч солдат вышли на поля сражений, собрали бы кости убитых, оружие, боеприпасы, провели разминирование и т.д. Но ни один министр обороны СССР этого не сделал. Это тоже про смыслы?».

Ответ Драбкина был кратким: «я с духами не общаюсь». Ну что же, кратко и выразительно. Это тоже ответ, в некотором роде даже по существу.

Дело в том, что Маршал Советского Союза Г.К. Жуков недаром заслужил у многих фронтовиков это нелестное прозвище «кровавый мясник», поскольку ряд операций под его командованием был связан с высокими потерями. В особенности, Ржевская битва, где солдаты нередко шли в атаку по трупам наших павших солдат в несколько слоев. Да и в щтурме Берлина потерь тоже было много, причем мы даже не знаем, сколько именно. В некогда секретном труде Генерального штаба ВС СССР об этой операции обошлись без данных о потерях. Что, надо сказать, поразительно.

Ладно, каждый воевал как умел. Все можно объяснить, в том числе и Ржевскую мясорубку. Жуков сковал на этом участке фронта крупную немецкую группировку, более чем в миллион человек, не давая ее перебросить на другие участки фронта. Время было тяжелое, в 1942 году немцы дошли до Волги. Если бы немцы могли перебросить войска из-под Ржева под Сталинград, то, наверное, могли бы прорваться за Волгу, что привело бы к катастрофе. В битве за Ржев немцы израсходовали огромное количество патронов, снарядов, бензина и всякого другого снабжения, которое не пошло на другие участки фронта. Наконец, Жуков сломил волю немецкого командования, заставив их отступать. Не будем также забывать, что для немцев Ржевское направление было кратчайшим путем к Москве.

Эта битва обошлась нам большими потерями, но, надо сказать, ее вклад в победу был тоже очень значительным. Битва тяжелая, но славная. Стыдиться здесь, пожалуй, нечего.

Нельзя объяснить, понять и простить другого. Павших солдат бросили в поле без погребения. Кости до сих пор собирают отряды поисковиков. Между тем, похоронить погибших солдат было нашим патриотическим долгом живых перед павшими.

Ну и для Жукова тоже это было обязанностью. Война кончилась, надо было убрать поле боя. Кроме костей солдат там было разбросано огромное количество боеприпасов, наставлено множество неснятых мин, которые представляли опасность для населения. Там же лежало огромное количество оружия, которое расходилось по рукам, что тоже было опасно. В общем, очистка районов боев была важной задачей.

С февраля 1955 года по октябрь 1957 года Жуков был министром обороны СССР. Росчерка его пера было бы достаточно, чтобы на поля сражений вышли сотни тысяч солдат для проведения необходимых работ. Советская армия располагала необходимыми ресурсами. Если бы их было недостаточно, то Жуков был кандидатом и членом Президиума ЦК КПСС и мог там поставить вопрос о проведении очистки мест боев и добиться решения. Это была и политическая, и военная, и народно-хозяйственная задача.

Но Жуков этого не сделал. И ни один другой министр обороны СССР этого не сделал. Вот этого ни объяснить, ни понять, ни простить нельзя.

Ну и о каких таких смыслах нам теперь Драбкин толкует? О таких, что надо упиваться празднованием 9 мая и в то же время бросить кости убитых солдат в поле непогребенными? О таких смыслах, что патриот теперь будто бы должен так упиваться празднованием 9 мая, что может даже забыть опыт и уроки Великой Отечественной войны? То есть, смысл истории — это лишь повод для празднования?!

Какой замечательный у нас патриотизм! Я даже комментировать это не буду, чтобы оставаться в рамках печатных приличий. Ограничусь лишь одним. Я бы назвал подобного рода "патриотизм" фестивальным.

С моей точки зрения, мы должны исполнить свой патриотический долг живых перед павшими. Мы вряд ли уже сможем собрать все останки убитых. Это было легко сделать сразу после войны, но очень трудно сделать сейчас. Хотя, конечно, нужно продолжать искать. Но мы можем почтить память павших и другим способом. Нужно построить большой музей, а в этом музее положить книги, в которые вписать имя каждого погибшего на той войне: солдата, ополченца, партизана, подпольщика. Книги нужно сделать на пергамене, чтобы хранились веками и несли память в будущие поколения. И ходить в этот музей почаще, и поминать их, наподобие того, как поминают умерших в церкви. Пока мы их помним, павшие солдаты с нами.

«Фестивальный патриотизм» Драбкина, в сущности, является пропагандой забвения войны.