Сталин и Пресвятая Богородица: перлы к юбилею от Дмитрия Певцова

Нет ничего утомительнее, чем присутствовать при том,
как человек демонстрирует свой ум.
В особенности если ума нет.
Эрих Мария Ремарк

8 июля 60-летний юбилей отмечает бывший актёр театра и кино, а ныне депутат Государственной думы и активнейший общественный деятель Дмитрий Певцов.

Не секрет, что далеко не все представители актёрской профессии, несмотря на её публичность, одарены интеллектом. Как известна и фраза Наполеона Бонапарта, что не стоит искать злой умысел там, где всё можно объяснить глупостью.

Писать о деятеле политики и культуры, появившемся на свет в московской еврейской семье спортсмена-пятиборца Анатолия Певцова и будущего врача сборной СССР по настольному теннису Ноэми Роберт, сложно, поскольку в его не слишком благоустроенной голове сочетаются несовместимые вещи.

Например, поклонение Сталину при репрессированном и расстрелянном в 1938 году родном деде Семёне Роберте. Или почитание Марка Захарова с призывами к тотальной цензуре. Или беззаветная любовь к СССР и всему, что с ним связано, с фанатичной воцерковленностью. Или безжалостное осуждение русских эмигрантов при живущем в США старшем брате и племянниках. Или проповедование православных догм в футболке с буквой Z.

Однако не будем строго судить юбиляра, помня о наставлении Наполеона. Лучше поделимся его высказываниями последних лет, благо накопилось их предостаточно: поболтать Дмитрия Анатольевича уговаривать не нужно. Утомительно, конечно, но и 60 лет не каждый день.

О смысле жизни и бесовщине реперов

Смысл жизни в том, чтобы обрести радость. А радость – это Царствие Божие. И когда эта радость в тебе поселяется, уже не важно, кто ты, дворник или народный артист.

Обращение к бесам, к сатанизму и к тёмным потусторонним силам не проходит просто так. Мудрые и опытные священники, весь опыт нашего народа, нашей Православной Церкви об этом говорит.

Рэперов, несущих гадость, тьму, бесовщину, надо запрещать и наказывать, я уверен. Я двумя руками. Я думаю, если такого человечка посадить, хотя бы на год, на два, он, когда в следующий раз вернётся, подумает, чё он будет там исполнять. Это хорошая, как мне кажется, практика. Поработает на благо родины немножечко, руками там, попилит чё‑нибудь.

О Сталине, пятилетках и цензуре

Сталин – величайший человек в истории, при нём началось строительство сильного государства.

Надо вспомнить о хорошем опыте советских лет и применить его в современных условиях, облегчив жизнь людей. Возврат страны к планированию и пятилеткам – это шанс, что Россия будет двигаться в авангарде, а не в обозе мировой экономики.

Хватит уже оглядываться на Запад, вспомним, как замечательно существовали наши искусство и культура за железным занавесом и в жёстких рамках профессиональной редактуры и идеологической цензуры.

Госзаказ должен подразумевать контроль за выходом продукции. И здесь я опять же вернусь к нашим конфессиям, которые совершенно чётко могут регламентировать то, что можно показывать больше, чем трём человекам вместе.

Если 30 лет этой свободы показывают, что ничего не получается, нужны рамки, которые ставить необходимо. Нужно дать направление. Тогда появятся художники, которые будут с сердцем и искренне работать в этом направлении. Нужно вводить жёсткие мировоззренческие рамки на уровне государственного контроля за искусством.

Об идеалах женщины и правителя

Интуиция помогает мне услышать и почувствовать промысел Божий, о котором мы забываем, заменяя его целеустремлённостью, героизмом, крутизной.

Идеал женщины – это Пресвятая Богородица. Идеал женщины – преподобная Мария Египетская, хотя у неё никогда не было семьи.

Я абсолютно ярый путинец. Глубоко убеждён: впервые за 70 лет пришёл профессиональный руководитель, который работает на это государство. И, на минуточку, раз в неделю исповедуется и причащается. Я знаю точно! И это говорит мне о многом. Истинно православный человек не может творить зло.

О профессионализме

Кино не является для меня профессией. Скорее это побочное занятие, иногда даже приятное, зачастую денежное.

Если роль проникает в тебя слишком глубоко – значит, психика разбалансирована и профессия начинает залезать в быт и в обычную жизнь.

Я не считаю себя профессиональным певцом, но сейчас люблю петь не меньше, чем играть. Играть в «Юноне» и «Авось» для меня – это именно человеческая, а не актерская возможность совершать часть молитв прямо на сцене.

У меня «драматический тенор» – для тенора низко, для баритона высоко.

Бог не дал мне авторского таланта, только исполнительский.

О карьере

Я маменькин сынок. И вырос в счастливой советской «ячейке общества».

За те четыре года, что я числился старостой, я лишился чувства юмора.

Кино – искусство режиссёрское, поэтому можно нарезать и сделать из чурбана симпатичного обаятельного артиста, даже кумира.

О депутатстве и близости к народу

Я все-таки иногда для забавы складываю слова в предложения.

Я малопьющий, но быстропьянеющий.

Плох я, хорош ли, но я один такой.

Живу в своё удовольствие, стараюсь не мешать жить другим.

Фото: Нина Зотина / РИА «Новости»