Ошибка разведчика. Блеск и нищета министра обороны.
Все-таки наш министр обороны Сергей Иванов поразительно открытый и искренний человек. Даже непонятно, как он в разведке работал. Вот велели ему укреплять отношения с Североатлантическим альянсом, и он из всех сил укрепляет.
Три раза в год, улыбаясь из последних сил, он совещается с натовскими министрами, планы сотрудничества подписывает, за учениями, в ходе которых отрабатывается оперативная совместимость войск России и НАТО, наблюдает. Но при этом от всего, что имеет отношение к этому военно-политическому союзу, его просто с души воротит.
На неформальной встрече министров обороны стран НАТО, которая состоялась в курортном местечке Таормина на Сицилии, Иванову пришлось особенно туго. Похоже, что на сей раз Сергей Борисович получил инструкцию быть особенно любезным со своими западными коллегами. Все из-за того, что последние месяцы российская внешняя политика как-то особенно успешна. Попытка поставить на место Украину, подняв цены на газ, обернулась перебоями с поставками энергоносителей в Западную Европу. И вместо того, чтобы признать Россию «энергетической сверхдержавой», страны ЕС задумались, как избавиться от топливной зависимости. Опубликованное в «Файнэншл таймс» предложение польского министра иностранных дел о создании некоего, «подобного НАТО», союза энергетической защиты уже не выглядит слишком экстравагантным. Ну а приглашение лидеров ХАМАС в Москву, прозвучавшее из уст Владимира Путина, показало Западу степень ответственности российского руководства.
В этой ситуации министру Иванову было, очевидно, велено продемонстрировать надежность Москвы как партнера. И, постаравшись забыть, как еще несколько месяцев назад он заявлял, что не видит регионов, где Россия может сотрудничать с НАТО, Иванов целых два дня пытался рисовать радужные перспективы взаимодействия с Североатлантическим альянсом. Вспомнил и о борьбе с терроризмом, и о связанным с этой борьбой обменом информацией. Еще он напомнил натовским министрам обороны о подготовке совместного документа, юридически закрепляющего возможность использования вооруженных сил в борьбе с терроризмом. И о другом уже подписанном соглашении, разрешающем транзит натовских сил через Россию. Иванов вел речь о сотрудничестве с НАТО в разработке военно-морских вооружений. Наконец, и это главное, как раз на нынешней встрече с немалой помпой было презентовано скорое подключение российских боевых кораблей к натовской операции «Active endevour» («Активное усилие»). В рамках этой операции корабли стран НАТО уже несколько лет патрулируют Средиземное море, дабы предотвратить переброску в Европу террористов, оружия и наркотиков.
В подтверждение серьезности российских намерений в порт Мессины прибыл отряд кораблей Черноморского флота во главе с флагманским ракетным крейсером «Москва». Разумеется, охотиться на ракетном крейсере за торговцами оружием и наркотиками – все равно что стрелять из пушки по воробьям. Но эсминец или сторожевик – не слишком годятся для устройства помпезной встречи Генеральному секретарю НАТО. Яап де Хооп Схеффер старательно демонстрировал восторг, смотрел, как вертится башенное оружие, разговаривал с морскими пехотинцами, которые будут высаживаться на задержанные суда, слушал «Севастопольский вальс» в исполнении флотского ансамбля песни и пляски.
В общем, все выглядело более чем пристойно. Однако под самый конец Сергей Борисович не выдержал. На вопрос корреспондента русской службы Би-би-си, как министр оценивает уровень оперативной совместимости вооруженных сил России и НАТО, Иванов вдруг ответил: «На мой взгляд, способность к оперативной совместимости прогрессирует достаточно быстро. Но мы должны быть реалистами и не ставить невыполнимых задач. К полной оперативной совместимости никто и не стремится. Все стремятся к оперативной совместимости, которая позволила бы решать задачи, о которых мы договорились на политическом уровне".
Таким образом Иванов признал: Москва вовсе не стремится к тому, чтобы обладать способностью действовать совместно с армиями НАТО. Для этого нужно заранее готовить все Вооруженные силы. Ведь в случае возникновения критической ситуации времени на подготовку не будет. Но, если же подготовка ведется только для участия отдельных подразделений в конкретных операциях, то это никакой пользы не принесет. Для участия российских войск в натовских операциях в Боснии и Косово всякий раз создавалась отдельная система командования, издавались директивные документы, унифицировавшие боевые уставы и инструкции.
Однако все эти полезные наработки и опыт взаимодействия исчезали без следа, как только миротворческая операция заканчивалась. Российское военное руководство решительно не видит пользы в их применении в наших Вооруженных силах. Неслучайно большинство наших офицеров, участвовавших в планировании совместных с НАТО операций в Боснии и Косово, так и не сделали карьеры и вынуждены были покинуть армию.
Проблема в том, что Кремль сознательно не желает подтягивать российскую армию к цивилизованным стандартам. И Сергей Иванов весьма откровенно указывает, что именно не устраивает его в западном военном опыте. Накануне встречи в Таормине он дал интервью итальянской «Стампе», где, говоря о рисках, которым подвергается Украина из-за намерения интегрироваться в НАТО, подчеркнул: «Попытка резкой и вряд ли обоснованной переориентации на западные ценности может стать серьезным дестабилизирующим фактором». То есть мешают не различия в радиочастотах, на которых работают радиостанции, в стандартах вооружений и в процедурах отдачи приказов. Вся проблема в нежелании усваивать пресловутые западные ценности. Те самые, которые не позволяют превращать солдата-срочника в раба. Те, что устанавливают твердые нормы ответственности государства перед своими гражданами, одетыми в военную форму. Те, что делают армейскую службу профессией, а не налогом. Но это и не нравится Сергею Иванову. Посему сотрудничество России с НАТО и впредь будет ограничиваться исполнением «Севастопольского вальса».
