Миграция из Таджикистана глазами таджиков
В связи с хорошо известными событиями, тема миграции в Россию не перестает быть актуальной, или «вечнозеленой», как говорят журналисты. На тему миграции, желательной или нет, легальной или не очень написано столько, что уже трудно себе представить, как еще можно осветить миграцию с нового и непривычного ракурса.
Между тем такой ракурс есть – это миграция глазами представителей самих мигрантов. Обычно позиция этих представителей не выслушивается, хотя она позволяет понять очень многое в сложившейся вокруг этого ситуации.
В Институте научной информации общественных наук РАН (ИНИОН РАН) прошел круглый стол «Миграция из Таджикистана», который организовали представители Отдела стран СНГ Института востоковедения РАН и Отдел научного сотрудничества ИНИОН РАН. Кроме российских экспертов на круглый стол были приглашены представители таджикских организаций, которые получили редкую возможность полностью и без цензуры высказать свою позицию. Вот этот, таджикский взгляд на проблему представляет очень большой интерес.
Первым вопросом, который был поднят на круглом столе, был вопрос о том, что толкает граждан Таджикистана приезжать в Россию. Аспирант Института востоковедения РАН Селин Заурбеков считает, что основным мотивом является психологический момент: «Многие заражены миграционной лихорадкой, поскольку миграция представляется очень престижной».
Председатель таджикского общества в Москве «Нур» Богшо Лошкарбеков, вспоминая первую волну миграции начала 90-х годов, сказал, что тогда люди в большинстве своей ехали в Россию подальше от угрозы гражданской войны: «Мы считали свое пребывание в России временным и ждали возвращения». Однако теперь настроения поменялись, и большинство живущих в России таджиков считают, что смогут вернуться на родину очень нескоро, и среди них возобладали настроения остаться и осесть в России навсегда.
Руководитель Международной общественной организации «Народная лига «Таджики» Каромат Шарипов весьма экстравагантно заявил, что если Россия предоставит гражданам Таджикистана приемлемые законы и условия для работы, то: «В Таджикистане останется не более 10% населения, это армия, КГБ, аппарат президента, приближенные».
Селин Заурбеков высказал мысль, что миграция из Таджикистана позволяет самому Таджикистану как-то существовать, поскольку перечисления средств поддерживают уровень потребления. Но при этом, что существует рост экономики, нет экономического развития, и миграция только отложила проблемы страны, которые потом неизбежно встанут снова.
В ответ на вопрос, почему миграционный поток из Таджикистана не ослабевает, Богшо Лошкарбеков предложил такой ответ. По его мнению, сложилась ситуация, когда таджик, работающий в России, кормит своих родственников в Таджикистане. Эта ситуация сильно затрудняет возвращение мигрантов, поскольку если они бросят работу, то ввергнут этим оставшихся в стране в нищету и посеют мощную социальную напряженность. «Многие не могут вернуться и лишить поддержки своих родственников», - подчеркнул Лошкарбеков.
Вместе с тем, таджикская диаспора вносит серьезный вклад в экономику России. По оценкам организации «Народная лига «Таджики», в России живет порядка 1,5 млн. граждан Таджикистана, из которых 700-800 тысяч человек работают. Они переводят на родину порядка 300 млн. долларов по официальным данным. По словам Каромата Шарипова, переводы составляют только 13% их доходов, все остальное остается в России и идет на обеспечение самих мигрантов. Если это так, то таджикские мигранты зарабатывают в России порядка 2,3 млрд. долларов в год, из которых львиная доля остается здесь же.
Кстати, не стоит переоценивать значение переводов из России для Таджикистана. Переводы от мигрантов стали значимым подспорьем только в последние три года, когда в 2003 году был отменен 30%-ный налог на переводы из-за рубежа иностранной валюты.
Когда большинство таджиков в России были беженцами от войны (факт, в России почти не признаваемый), вопрос об их статусе и положении не стоял так остро, как теперь. Они готовы были терпеть год, два, три или пять, чтобы переждать войну на родине и вернуться. Но теперь ситуация коренным образом меняется, значительная часть таджиков стремится остаться в России, и они поставили на повестку дня вопрос о правах и статусе граждан Таджикистана в России.
Во-первых, таджиков крайне беспокоит отсутствие законного статуса и частые примеры обращения граждан Таджикистана в рабов. Во-вторых, большую проблему представляет собой отправка тел погибших граждан Таджикистана на родину. По словам Шарипова, один «груз 200» обходится примерно в 45 тысяч рублей, что ложится тяжелым бременем на родственников. Правительство Таджикистана выделило средства по этой статье, которых хватило на перевозку всего 13 гробов. В-третьих, в облегчении судьбы таджикских мигрантов в России не участвуют ни правительственные органы Таджикистана, ни международные организации. «Проблемы таджики решают сами, без участия государств и международных организаций», - заявил Каромат Шарипов. В ближайшее время планируется созыв съезда народов Таджикистана, живущих в России, на котором вопрос о судьбе таджикской диаспоры будет поставлен и обсужден.
К обозначенной картине стоит добавить еще несколько завершающих штрихов. В России как-то быстро позабылось, что миграционный поток из Таджикистана является следствием войны: сначала межнациональных столкновений, потом гражданской войны в Таджкистане, а далее – и войной в Афганистане. Если для нас талибы представляли далекую угрозу, то для таджиков это были враги, в 1997 году вышедшие к границе республики. Потому в значительной мере прием таджикской миграции в России носил де-факто гуманитарный характер.
Потом, в России живут разные таджики: кто-то является вынужденным переселенцем, кто-то приехал учиться, кто-то приехал на заработки. Валить эти разнообразные по положению и правовому статусу категории в одну коробку с надписью «трудовые мигранты» - некорректно и ошибочно. Нужна дифференциация граждан Таджикистана по роду занятий.
И наконец, стоит отметить, что в России постепенно укрепилось мнение о том, что труд мигрантов будто бы желателен и естественен, и мол, пусть «русские» не работают, а всю работу делают «таджики». Между тем, само наличие столь масштабной трудовой миграции – это показатель деградации и распада системы использования собственных трудовых ресурсов, отсутствия каких-либо шагов по улучшению и развитию российских трудовых ресурсов. Можно, конечно, поставить на мигрантов, но Россия рано или поздно почувствует все результаты такой политики.
