Уроки Питера
Прежде всего, конечно, о чувствах… Знаете, уважаемые читатели, оказывается, это такое счастье – идти в окружении огромного числа людей, в едином порыве скандирующих «Россия без Путина», чувствовать плечо соседа, видеть вокруг горящие глаза и читать в каждом взгляде: «Я больше их не боюсь!».
Честное слово, я со времен антисоветских митингов на Манежной площади не испытывал такого эмоционального подъема – до срывающегося голоса, до слез на глазах и до сжатых до синевы кулаков… Но к кулакам мы еще вернемся… И это пьянящее чувство свободы, стократно усиливающееся твердой уверенностью, что люди вокруг ощущают то же, что и ты и готовы поддержать тебя в любую минуту, в том числе и жертвуя собой.
Так было, например, когда омоновцы стаскивали со ступеней исторической Думы Сергея Гуляева, еще накануне — просто яркого депутата местного Законодательного собрания, а сегодня – уже чуть ли не народного героя, одного из несомненных лидеров оппозиции национального масштаба. Его бросились отбивать десятки людей. Не получилось. Пока мы этого еще не умеем. Но ничего – мы научимся, скоро все будет совсем по-другому.
Словом, друзья, в следующий раз не отказывайте себе в удовольствии поучаствовать в таком духоподъемном мероприятии. Потому что, зачем еще жить, если не ради таких минут, когда нервы напряжены до предела, чувства перехлестывают через край, а сердце готово разорваться от счастья? И ничего не боишься, то есть совсем ничего. А вот детей приводить не надо. И об этом стоит поговорить отдельно.
К человеку в форме должно испытывать пиетет. Он при исполнении, он на государственной службе. Но его ведь форма тоже ко многому обязывает. По крайней мере, к тому, чтобы не нарушать закон. Какой угодно закон – человеческий, божеский. Если на ваших глазах здоровенный детина избивает резиновой дубинкой старика или женщину, вы вмешаетесь? А разве что-то меняется оттого, что на нем страшный черный комбинезон с погонами и шлем с пластиковым забралом? Другими словами, должны ли обычные граждане испытывать моральные сомнения и мучаться вопросом, вмешаться или не вмешаться, когда распоясавшийся хулиган в форме творит беззаконие? По-моему, ответ на этот вопрос очевиден. Я думаю, «Другая Россия» не должна больше допустить ситуации, когда бандиты, обличенные властью, безнаказанно избивают мирных граждан. Необходимо создавать локальные подразделения по поддержанию общественного порядка, которые во время проведения шествий и митингов будут распределены по всей длине и ширине колон. Они должны пресекать любые нарушения правопорядка, с чьей бы стороны они ни происходили. В том числе – нейтрализовывать провокаторов. В том числе – противодействовать немотивированным проявлениям агрессии представителей власти. Тут важно отметить, что во время шествия по Невскому проспекту, даже когда прорывались милицейские кордоны, не было разбито ни одной витрины, не сожжено ни одного автомобиля, а от рук манифестантов не пострадал никто из жителей Питера. То есть это была действительно абсолютно мирная протестная акция граждан, которая подверглась нападению со стороны милиции и ОМОНа. Но мирная — не значит беззубая. Что ж, мы получили горький урок. Мы его усвоили. В свою очередь российская милиция должна понять, что впредь она будет получать симметричный ответ на любые свои действия.
У этой проблемы есть и другая сторона. Для меня совершенно очевидно, что в ходе питерского «Марша несогласных» представителями власти были совершены различные уголовные преступления. Те фото и видеоматериалы, что имеются сегодня в наличии у организаторов марша, позволяют говорить о том, что уголовному преследованию могут быть подвергнуты десятки, если не сотни представителей правоохранительных органов.
Понятно, что основная вина за все произошедшее ложится на плечи губернатора Валентины Матвиенко, своими безответственными высказываниями и действиями, а, возможно, и прямыми указаниями (в этом вопросе должно разобраться следствие) спровоцировавшей побоище на главном проспекте Санкт-Петербурга и на прилегающих улицах. Но есть и другие участники событий. Например, руководители городской милиции и тех подразделений, что прибыли из других регионов. И не только руководители, но и рядовые сотрудники. Кадры, облетевшие весь мир, на которых омоновец душит Сергея Гуляева, могут послужить основанием для возбуждения уголовного дела о покушении на убийство. Мы уже знаем имя этого омоновца.
Хочется верить, что следующий «Марш несогласных», который состоится в Москве в середине апреля, пройдет так же бодро, но еще более организованно. И соберет не меньше людей. Мне кажется, москвичам будет стыдно, если почетную пальму первенства в борьбе с опостылевшим режимом они отдадут северной столице.
Во второй части повествования мы обсудим политические аспекты и последствия питерского «Марша несогласных».
На данный момент ни одна российская партия (за исключением СПС) не сочла нужным выступить с политическим заявлением по поводу событий в Санкт-Петербурге. Лично я эту ситуацию трактую однозначно: если партиям нечего сказать, если факт нападения властей на мирных манифестантов они не считают достойным своего внимания, это говорит только об одном – в России больше нет политических партий. Хотя и про СПС, конечно, не скажешь, что он живее всех живых.
Остальные же... Казалось бы – когда еще Сергею Миронову представится такой случай укрепить свои позиции в северной столице? И ведь не надо было ни упоминать организаторов Марша, ни выказывать свои симпатии «Другой России», ни даже проявлять сочувствие к жертвам милицейского беспредела. Надо было просто обрушиться с жесткой критикой на губернатора Матвиенко за то, что питерские власти инициировали побоище в центре города. И все – шансы «Справедливой России» на предстоящих 11 марта выборах возросли бы многократно. Но Миронов молчит. И понятно почему – он струсил.
А как вам, уважаемые читатели, молчание центрального «Яблока»? Григорий Алексеевич, ау! Вы случайно не спите? Я вас не разбудил? Да нет, вроде не спите. Я вас тут на днях наблюдал на федеральном телеканале, вы так проникновенно критиковали партию власти. Я не случайно употребил термин «центральное». На мой взгляд, эта партия потихонечку крошится на сегменты. Питерское «Яблоко» приняло самое активное участие в «Марше несогласных» и на стадии подготовки, и во время самого шествия. «Яблочных» флагов было не меньше, чем флагов ОГФ или НБП, во главе шествия шли руководители местной организации Максим Резник и Михаил Амосов, и я могу ответственно свидетельствовать, что сторонники этой партии составляли чуть не большинство среди манифестантов, а тема снятия «яблочного» списка с выборов в Санкт-Петербурге поднималась всеми без исключения ораторами, выступавшими на митинге. И в этой ситуации руководство партии не находит слов, чтобы поддержать свой актив, своих многочисленных сторонников в северной столице, пострадавших от рук распоясавшихся «стражей порядка», не спешит оказать им помощь?! Ну не знаю… Конечно, это внутреннее дело сторонников и членов партии, но, мне кажется, что центральное руководство утратило моральное право как выступать от имени всей партии, так и возглавлять ее. Я даже не хочу сейчас анализировать причины такого поведения «яблочных» начальников. По-моему, они совершенно очевидны, а вот питерская организация этой партии должна сама решить свою судьбу. Тут можно только добавить, что, мне кажется, «Другой России» необходимо приложить все усилия, для того чтобы питерские «яблочники» влились в ряды политического совещания «Другой России».
Это вообще важнейшая тема и, по моему разумению, одна из основных политических задач на ближайшие месяцы – привлечение в «Другую Россию» региональных организаций традиционных партий. Таким образом можно решить, по крайней мере, две актуальнейшие политические задачи – укрепление реальной оппозиционной коалиции и уничтожение старых политических брендов, за которыми не осталось никакого внутреннего содержания и которые только дискредитируют оппозиционную идею и дезориентируют многочисленных сторонников перемен в России. И этот процесс потихоньку набирает обороты. Так, например, в Калининграде местный горком КПРФ уже вступил в жесткий конфликт со своим областным начальством и выразил желание принять активное участие в подготовке местного «Марша несогласных». Вообще о КПРФ разговор особый.
Незадолго до Марша северную столицу посетил лидер партии Геннадий Зюганов и встретился с губернатором Валентиной Матвиенко. После чего на заседании обкома Геннадий Андреевич призвал своих сторонников жестко критиковать центральное правительство, но при этом стараться не задевать местные власти. Более того, в Санкт-Петербурге в день проведения «Марша несогласных» и в тот же самый час коммунисты собрали свой митинг. Информацию о нем передали основные телеканалы, дикторы в метро призывали граждан посетить коммунистическое мероприятие, были выпущены сотни тысяч листовок. А что в итоге? По свидетельству очевидцев, на митинг КПРФ пришло не более трех сотен человек. Из этого очевидным образом следует, что на «Марше несогласных» сторонников левой идеологии было во много раз больше, чем на митинге КПРФ. Когда председатель оргкомитета марша Сергей Гуляев спросил у одного из членов горкома КПРФ, как прошло их мероприятие, тот обиженно ответил: «Ты про меня плохо думаешь, Сергей. Я был с вами».
«Другая Россия» набирает обороты. Несмотря на жесткое противодействие властей и скепсис потенциальных сторонников. О реальных политических перспективах оппозиционной коалиции пока говорить рановато. Но то, что в политической жизни страны она становится важным фактором, по-моему, уже очевидно. События в Санкт-Петербурге, которые не смогли проигнорировать даже отечественные телеканалы, — наглядное тому подтверждение. Станет ли фактор «Другой России» определяющим? Посмотрим… На самом деле, этот вопрос решать гражданам России. В том числе и вам, уважаемые читатели.
