А Штирлица оставьте в покое

Каких героев мы можем лишиться по милости главного санитарного врача?

Геннадий Онищенко, выступая в эфире «Эха Москвы», предложил ввести ограничения на показ пьющих и курящих героев. «Негодяям» Онищенко на экране пить разрешил, а вот главным персонажам вредные привычки не полагаются: «Молодежь берет пример с положительного киногероя, который борется с бандитами, но при этом употребляет алкоголь». «Для этого не нужно менять законодательство, хватит корпоративной договоренности в киноиндустрии».

Господин Онищенко не изобрел нового средства противодействия пагубным привычкам. Вспомним жертв указа ЦК КПСС «по преодолению пьянства и алкоголизма» 1985 года. Редакторы-ищейки впились ножницами в киноклассику: «Белое солнце пустыни», «Мимино», «Бриллиантовая рука» (и все прочие фильмы Гайдая), «Ирония судьбы…», «Служебный роман», «Человек с бульвара Капуцинов», «Джентльмены удачи», «Иван Васильевич меняет профессию» и т.д. Георгий Данелия вспоминает, что был вынужден срочно переписывать сценарий «Кин-дза-дза». В первоначальном варианте герой вез в Москву не уксус, а чачу, да и на другую планету земляне попадали в состоянии сильного алкогольного опьянения.

Американское кино также пострадало от цензурного кодекса, составленного в середине 30-х сенатором Уильямом Хейсом, президентом ассоциации кинопродюсеров. Кинематографистов инструктировали, «как следует показывать преступления и секс», «как не обидеть звездно-полосатый флаг» и даже регламентировали продолжительность «экранных поцелуев». Показ торговли наркотиками был запрещен, потребление алкоголя допускалось, «если составляет неотъемлемую часть сценария или характеристики персонажа».

Под влиянием этого кодекса консервативный Голливуд находился долгое время. И толковый зритель, увидев в первых эпизодах закурившего на экране янки, мгновенно догадывался: «Э, да ты, брат, «плохой парень».

Однако насаждение стереотипов будит протест. И зрителей, у которых запрет провоцирует желание «нервно закурить». И независимых художников, которым претит быть паиньками. В середине 90-х Уэйн Вонг пропел гимн курению в фильме Smoke. «Здесь курят» — экранизация Джейсоном Рейтманом нонконформистского романа Кристофера Бакли, «Кофе и сигареты» Джима Джармуша вырос из знакового эпизода: культовые музыканты Игги Поп и Том Уэйтс, играющие самих себя, встречаются в баре и под кофе выкуривают по сигарете в честь того… что бросили курить.

Тем не менее в Америке борьба с никотином набирает обороты. «Аватар», несмотря на бешеный успех, обзавелся антипремией «Черные легкие», потому что героиня Сигурни Уивер не выпускает изо рта сигарету. А мэр Нью-Йорка миллиардер Блумберг только на борьбу с курением в России выделил более 1 миллиона долларов.

Теперь уже всерьез нервничает Штирлиц — просто не знает, чем занять руки во время встречи с женой в кафе «Элефант». В растерянности опытный разведчик Ладейников из «Мертвого сезона»: без сигареты операция по разоблачению военного преступника доктора Хасса оказалась на грани провала. Разведчик Алексей Федотов из «Подвига разведчика» произносит свой знаменитый тост «За нашу победу!» и демонстративно отставляет рюмку со шнапсом. А пленный Андрей Соколов из «Судьбы человека» на предложение начальников лагеря выпить водки категорически отказывается, просит морсу. И его крылатое «После первой не закусываю» обретает новый смысл. Все они «положительные герои». Надо соответствовать.

Проще всего запретить экранным персонажам пить, курить, травить себя наркотиками. Только это не панацея. Герой Николаса Кейджа в «Покидая Лас-Вегас» — хронический алкоголик. Но режиссер Майк Фиггис не боится трудного разговора со зрителем, шаг за шагом показывая трагическое падение героя. Общество, планирующее разворот к здоровому образу жизни, должно озаботиться не строительством спортивных мегагородов для показушных Олимпиад, а созданием доступных спортплощадок, катков и — между прочим — кинозалов.

А Штирлица оставьте в покое. И так уж раскрасили с ног до фуражки. Как тут не закурить…