Между ау и ку-ку
С 1 января 2011 года все учреждения культуры и искусства, здравоохранения, науки и образования станут бюджетными учреждениями нового типа.
8 мая принят Федеральный закон № 83-ФЗ с красивым именем «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений». Он развивает Закон 2006 года «Об автономных учреждениях», вызвавший четыре года назад пыл негодования и шквал страхов.
В законе-2006 речь шла о замене бюджетного статуса музеев, театров, школ, библиотек и прочая статусом «автономного учреждения» с почти полным снятием бюджетного финансирования и получением взамен хозяйственной самостоятельности и так называемого госзадания — только его и предполагала оплачивать казна. Закон-2006 с образцовым упорством и методичностью обсуждался культурным сообществом: инициатором выступил СТД РФ, ораторами и переговорщиками с МЭРТ — Александр Калягин, Марк Захаров, Константин Райкин, Генриетта Яновская, актриса и депутат Госдумы Елена Драпеко.
Посему в памяти народной закон-2006 остался «театральной реформой».
Тогда удалось добиться главного: статус автономного учреждения (АУ) театры, библиотеки и прочие Золушки бюджета могли получить только по личной инициативе, без каких-либо «поцелуев, насильно данных» учредителем — федеральной или муниципальной властью, изнемогшей под ношей «культурки».
И дело пошло по классической колее: строгость законов государства Российского смягчилась единственно их повсеместным неисполнением. В страхе перед непосильным налогом на землю и недвижимость, перед возможным банкротством статус АУ по доброй воле не захотел получить почти никто.
Закон о «внесении изменений в закон» от 8 мая 2010 года гонит в светлое будущее уже насильно: с 1 января 2011 года все учреждения культуры и искусства, здравоохранения, науки и образования станут бюджетными учреждениями нового типа — экономически близкими к АУ.
До 2012 года намечен переходный период: за «надстройкой» будут наблюдать, не случится ли банкротств? Их обещают не допустить.
Малая толика «надстройки» — гранты, бренды, национальная гордость — получат финансово неуязвимый статус КУ — казенных учреждений. (В Японии примерно это именуется «национальным достоянием». Национальное достояние и казенное учреждение — по-русски почти синонимы; понятно, что и тут хотели сказать приятное. Но не будем придираться к словам: дело не в них.)
Отлученные от госзащиты АУ получат тем не менее госзадание (в регионах — муниципальное задание) и бюджет на его исполнение. Каким будет это госзадание — для музыкальной школы, музея-усадьбы, офтальмологической клиники и театра modern dance, каков порядок его финансирования — пока совершенно непонятно. Подзаконные акты, определяющие суть дела для конкретных библиотек, музеев, больниц и школ, будут разработаны до конца 2010 года.
…Но поскольку закон уже вышел, а конкретики пока нет, — носятся леденящие слухи и предположения: «У нас девять национальных библиотек; скажут: казна выдержит только три, кто останется — сами выбирайте» (гипотеза принадлежит столпу библиотечного дела). В битом-мытом-крученом народе растет эхо: говорят — три урока будут бесплатные, а дальше как знаешь.
Да и «курс на экономию» намечен в самом законе № 83-ФЗ. Из п. 8 статьи 31 четко следует: объем финансирования бюджетного учреждения в 2011 году не должен превышать объем 2010 года. И вообще «сохранение (либо снижение темпов роста) бюджетных расходов» на предоставление населению образовательно-культурно-лечебных услуг — задача государства Российского.
«Нормативным», а то и пиковым названо финансирование эпохи кризиса.
И опять в СТД РФ собирается театральная общественность: 17 мая на обсуждении нового закона выступали Александр Калягин, Марк Захаров, Юрий Соломин, Евгений Стеблов. И опять именно СТД приглашает «смежников»: в 2006-м звонко, гневно и замечательно говорила И.А. Антонова, в 2010-м выступали директор РГБ В.В. Федоров и зампред Союза музеев России А.И. Кузмин.
И опять приглашают Минкульт — а он(о) на людях себя как-то не проявляет, и Минфин — а он(о) не приходит, и Минэкономразвития — а он(о) присылает приятную молчаливую барышню в чине помощника советника.
В общем, с 2006 года изменилось одно: речи не так пылки. У творческой общественности осталась единственная просьба: готовить подзаконные акты по отраслям культуры с участием экспертов из театрального, музейного, библиотечного и прочих сообществ. Вторая половина 2010 года станет временем их разработки — и, надо надеяться, дискуссий.
Что касается цели — «снижения темпов роста расходов» на «культурку»…
Не говорю о лучших столичных труппах. Здесь — все худо-бедно: залы ломятся, театр «уважать себя заставил — и лучше выдумать не мог». И зрители новейшего образца выражают ему уважение привычным способом: в дензнаках. Здесь билет в партер может стоить 6000 руб., а в VIP-партер (сугубо наше изобретение) — 18 000 руб. И их заплатят. (Для сравнения: Питер Брук в Париже «берет» 26 евро за первые ряды, 15 eвро с учащихся.)
Но ежели для лучших сцен Москвы 60 000 рублей — цена одного костюма для героини Шиллера или Гольдони (целый ряд изданий на голубом глазу рекламирует лайковые шорты по тем же ценам), то для театра РФ в целом 60 000 рублей — грант на постановку современной пьесы. За все про все.
17 мая в СТД я говорила о деньгах с Валентиной Николаевной Соколовой, директором Омского ТЮЗа. Омск — дважды благополучный город. Здесь стойкие театральные традиции, без омичей не обходится ни одна «Маска». Здесь несомненны месседжи губернской власти: взбодрили огромное здание для Научной библиотеки им. А.С. Пушкина, выстроили новый кукольный театр с тремя сценами, музеем кукол и зимним садом, по программе «Школьный автобус» детей из области возят в Омск на спектакли. А Кадетский корпус вообще дает балы…
Тем не менее: в 2009-м Театр кукол Омска дал 601 спектакль. ТЮЗ — 303. (Цифры нечеловеческие: как в войну по госпиталям.) Постановка для подростков (а здесь ставят «Самоубийцу» Эрдмана, «Сказки профессора Тарантоги» С. Лема) обходится в среднем в 1 млн рублей (половину дает губерния, половину театр зарабатывает, наводится экономия: бронзовых пуговиц к костюмам не покупают, вручную золотят пластмассовые). Заполняемость зала — 80%, на малой сцене — 100%. «Вилка зарплат» — от 7 тыс. до 30 тыс. рублей. Цена билета — от 60 до 150 руб. А 23 июня будет премьера — «Проделки Эмиля из Леннеберги» Астрид Линдгрен.
…И вот на этом всем государство Российское рассчитывает сэкономить?!
Обсуждение «подзаконных актов» начинается. Мы вернемся к этой теме.
