Двадцать лет спустя

Здесь раньше вставала земля на дыбы,
А нынче — могильные плиты.
Здесь нет ни одной персональной судьбы
Все судьбы в единую слиты.
В. Высоцкий. На братских могилах

Этот год — юбилейный.

26 марта 1989 — выборы Народных депутатов СССР.

9 апреля 1989 — разгон демонстрации в Тбилиси, начало разгона СССР.

25 мая — открылся Первый съезд народных депутатов.

ХХ лет. Круглая дата.

И кажется, что «к дате» и цикл закончен. Как говорили в мое время на философском факультете, «Абсолютная Идея завершила полный круг: вместо Канта – Федосеев, вместо Фихте – Иовчук» (Федосеев, Иовчук — «советские философы»).

Back to the USSR? Как сказать… Похоже, как сын на отца.

Советского Союза нет и никогда не будет, но бумажная пародия на него цветет и пахнет. От совка металлис родился совок гламурис. Все элементы СССР в наличии: оборонное сознание, антиамериканские психозы, «игра в империю», хвастливое патриотическое жлобство, страх, ложь, двоемыслие, демонстративный цинизм как норма морали, экономика сырьевых латифундий, номенклатурная власть, народ и партия — едины, раздельны только магазины. Ну да, собственность теперь не «государственная», а «частно-государственная», есть рынок товаров-услуг-взяток…

Но суть Системы неизменна. Марксизм вульгарис: «Государство есть частная собственность бюрократии». Это и есть вся наша «конституция с подзаконными актами».

Через 20 лет можно выпить по маленькой на братских могилах — свободы, открытого общества, «западного пути». Амба…

20 лет потеряно.

За эти годы мир стал миром Интернета, мобильной связи, персональных компьютеров. Какое мы имеем к этому отношение? Такое: мы все это покупаем за нефтебаксы. Мир переходит к какому-то «шестому технологическому укладу». Что это за штука, не знаю. Но зато мы сами себе трендим про «нанотехнологии» — соревнование Эллочки Щукиной с старухой Вандербильдт продолжается строго по классикам. Доля нефти и газа в нашем экспорте выросла с 50% (1985 год) до 70% (2007 год). Таков экономический итог 20 лет. Неизменны только «Жигули».

Члены советского Политбюро с родственниками жили как мелкие западные миллионеры. Русские олигархо-чиновники живут, как и положено шейхам российской Аравии. Таков социальный итог.

Население РСФСР в 1979 году — 137 миллионов. В 1989-м — 147 миллионов. В 2009-м — 140 миллионов.

Население Франции в 1989 году — 56 миллионов. В 2009-м — 64 миллиона.

Население США в 1989 году — 244 миллиона. В 2009-м — 305 миллионов.

Население Канады в 1989 году — 26 миллионов, в 2009-м – 33 миллиона.

Таков количественный итог, сравнительно с другими христианскими странами.

30 000 (официальные данные на 2001 год) уехавших из России научных работников высшей квалификации, работающих по специальности в США, Европе, Израиле, 10% членов отделения математики Национальной АН США — эмигранты из России, а средний возраст научного сотрудника РАН — свыше 55 лет. 1989-й: четыре Нобелевских лауреата в области науки (а в 1986 г. и вовсе 6), 2009-й: два лауреата (Гинзбург 92 года и Алферов 79 лет). Ни одного пленарного докладчика из России на Всемирном математическом конгрессе (Мадрид, 2006) и три пленарных докладчика на том же Конгрессе — эмигранты из СССР.

Таков качественный интеллектуальный итог 20 лет.

1969-1989. Трифонов, Высоцкий, фильмы Рязанова-Гайдая, «Зеркало» Тарковского, Распутин, Эфрос, Шнитке, Шукшин…

1989-2009. Что вы поставите в этот ряд? Ну, я бы поставил «Брат» Балабанова, «Возвращение» Звягинцева… Вот, пожалуй, и все. В общем, разница как между Жванецким, Хазановым, «Таганкой» и «толстыми журналами» 1980-го и Жванецким, Хазановым, «Таганкой» и «толстыми журналами» 2009-го…

Религиозным мыслителем в 1980-е был А. Мень. Сегодня? А. Кураев или М. Шевченко? Философом в 1980-е был М.К. Мамардашвили. Сейчас — Дугин? Или Кургинян?

Единственное интересное культурное событие этих лет, русский рок, вспыхнул и сгорел в 1988-93-м. Был кислород — горел. Кончился кислород —умер. Один Шевчук каким-то чудом дышит жабрами на ледяном бетоне.

«Здесь нет негодяев в кабинетах из кожи, здесь первые на последних похожи. И не меньше последних устали,быть может, быть скованными одной цепью, быть связанными одной целью».

Все помнят эту песню (по-моему, кстати, 1989 г.).

Да, тогда было — ак же как сегодня.

А что изменилось?

А то изменилось, что тогда об этом пели, кричали, боролись. А сейчас — все по фигу. «Мы волшебную косим трын-траву». И когда трын-трава временно кончилась — тоже не беда, ну и хрен с ней… Перекур…

Что изменилось?

То, что тогда была наивная вера, что не все же кругом ворье и лжецы! Была надежда на Новое. Был проект — пусть неопределенный. Был драйв.

Сейчас осталась битая скорлупа: социальная усталость, вера в абсолютность воровства снизу доверху, непрошибаемый жлобский цинизм и один проект — еще пожрать нефтедолларов. И ненависть — как ЕДИНСТВЕННОЕ чувство, оживляющее мертвое общество. Но не ненависть к своему маразму, а бессмысленная, абсурдная ненависть-фобия к «ложному объекту» — придуманному «образу врага». Только вонью, выхлопами этой ненависти может дышать отравленное, психопатическое общество.

Вот и все наше политическое сознание. Итог его развития за 20 лет.

Герой нашей Эпохи — злобно-циничный скоморох, мелкий бес Жирик. 20 лет на арене с неизменным успехом, под дебильное ржание «электората». Все знают, что он все врет, ворует, несет пургу — и все довольны. «Так и надо». И — зная, что он все врет — вполне серьезно повторяют тот же бред. Уже как «свои геополитические размышления». А за ним — толпа телегомункулусов, визжащих, сучащих ножками, друг с другом о чем-то вечно спорящих… «Кто они, куда их гонят, что так жалобно поют?»

А на «другой стороне» — постаревшие на 20 лет, абсолютно не приспособленные к политике редкие интеллигенты-диссиденты, а рядом с ними борцы за свободу, они же авторы бессмертного лозунга «Америка — параша, победа будет наша!». Неприятно об этом говорить, но объективность требует признать: «противники режима», увы, выглядят именно так.

И причина такого состояния оппозиции — не в чьих-то личных особенностях. А в том, что рыбы на берегу всегда выглядят… странно. А на берегу они потому, что нет воды — «река истории», извините за выражение, течет мимо.

«Россия в обвале» (Солженицын). А попросту — ПРОСРАЛИ! Как же это мы, господа, так просрали Россию и Свободу «до конца, до конца»?

Почему, если «хотели как лучше», получилось, как всегда?

А может, потому и получилось, что — ВСЕГДА! Своя колея, не выпрыгнешь, обречены, фатализм… Как говорил еще царский министр внутренних дел: «Так было. И так будет». Его расстреляли чекисты в 1919-м, но они же только подтвердили его Историческую правоту. Так было. Так есть. Так будет.

Выпишем себе историческую индульгенцию (или приговор?): мы — песчинки Истории — слишком много на себя берем, и, на самом деле, мы ни в чем объективно не виноваты (личная судьба каждого — его личная тема), поскольку от нас ничего и не зависело? Ни от каждого лично, ни от всех вместе? И цена «галлона свободы» меняется по таким же непостижимым и неуправляемым законам, как цена барреля нефти?

Может, Россия просто должна еще «попроваливаться» — не созрела, время не вышло, об дно башкой не стукнулась?

Ну, вот Франция… Мягкая монархия, безумная Революция, Империя с мировой войной — ну это, положим, Сталин… потом еще 33 года мягкого авторитаризма… Потом Революция 1848 года — мимо! Потом «лже-Империя», эдакая пародия на Наполеона, примерно как сейчас у нас пародируют «империю»… И лишь потом, еще через 20 лет — «окончательная республика», которая тоже долго еще была беременна реставрацией монархии…

Вот такая История — сколько ни пытались ее ускорить, а не получалось.

«Русский человек специально не создан для свободы» (К. Леонтьев). Эк хватил, в своей сатанинской вызывающей гордыне…

«По первому мановению французы поверглись в повиновение и пребывают в нем, как в естественном положении; низшие — крестьяне и солдаты — с животной верностью; высшие — сановники и чиновники — с византийским раболепством» (И. Тэн). «Достаточно было появиться наследнику его (Наполеона) имени, чтобы собрать голоса целого народа, измученного свободой и жаждавшего рабства. Не брюмер сделал Наполеона, но душа народа, который почти добровольно пошел под его железную пяту» (Г. Лебон). Вот тебе и «страна рабов, страна господ»…

Правда, у них это было 150 лет назад… Ну что ж — а у нас задержка в развитии, ничего не попишешь, телевизоры и компьютеры гражданскую зрелость не дают. Пока не созреем — не созреем… Правда, вот станет ли Человечество ждать, пока мы созреем, или же «отряхнет наш прах со своих ног»?

Все же интересный вопрос, не правда ли ?

«Все-таки жаль, господа, что молодость прошла…». Как всегда: то, что тогда казалось только первым этапом, только средством — то, как мы сейчас видим, было самым лучшим, самым осмысленным, самым живым в нашей дурацкой Истории, в нашей дурной «общественной жизни». Хотя — никуда это нас не привело, а все-таки хоть «вспомнить приятно».

Вспомним, товарищ?..

Вот я и предлагаю господам внутренним эмигрантам: поскольку молодость таки прошла, второй нам уже не продадут, а «новых молодых» нет, и делать все равно не фига, «нам некуда больше спешить, нам некого больше любить» — займемся любимым делом эмигрантских кухонь. Подведем Итоги. Итоги 20 лет. А если угодно итоги последнего (кстати… это — в каком же смысле-с?) круга Русской Истории.

Глядим в «опять разбитое» корыто с утекающими из него нефтедолларами — и вспоминаем-соображаем…

«Мы живем, под собою не чуя страны» — тем яснее мы помним прошлое.

Почти все пророки, герои, звезды-звездочки тех лет, нашего разворованного поколения — здесь, в пределах досягаемости. И делать многим из них — нечего. А кому и есть чего — может, найдут время, отпишут свой взгляд. Почему все вышло так, как вышло, что каждый об этом думает.

Итак, господа мушкетеры перестройки…

Напишем коллективно «20 лет спустя»?