Бумеранг

Газ — оружие России, обернувшееся против нее самой.

Россию стали принимать всерьез. В 2005 году, сразу после подписания соглашения о строительстве Nord Stream, мы объявили, что в руках у нас появилось энергетическое оружие. «Да ладно, это все слова», — не поверили в Европе. С тех пор Кремль показал энергетическое оружие в действии.

И в конце концов Европа поверила. Она поняла, что газ для России — не товар, а оружие. И чтобы оно не действовало, достаточно его не покупать. И Европа этой зимой вдвое уменьшила покупки российского газа и на прошлой неделе подписала соглашение о строительстве Nabucco. Потому что насчет того, что газ — это оружие, Кремль, конечно, прав. Я даже знаю, какой это вид оружия. Это — бумеранг.

В январе этого года Кремль устроил газовую войну с Украиной. Мало кто верил, что во время кризиса Россия ввяжется в войну, которая окончательно испортит ее имидж как поставщика газа. Но Россия ввязалась в эту войну и готова была ее вновь повторить в мае и июне. Наши оба дуумвира открыто говорили о том, что Украина не сможет платить за российский газ, журналистов накануне торжественного дня неуплаты везли в Новоогарево, а в прессе вовсю публиковались статьи о том, что так как Украине нечем платить за газ, она вновь присоединится к России.

Европа и МВФ на этот раз отнеслись к нашим словам так серьезно, что даже дали Украине денег. Своими угрозами Кремль выбил для Украины деньги, которые она никак не получила бы.

То же — с Грузией. Много лет попытки Кремля напакостить грузинскому президенту оставались на периферии внимания ООН и ОБСЕ. Ну взорвали полицейский участок в Гори. Ну взорвали газопровод; ну уронили близ Гори ракету и сказали, что это грузины сами выкопали ямку (и сами взорвали газопровод и полицейский участок), и сами положили туда ракету. Ну, господи, какая разница: все равно мелкое хулиганство.

И вот, после российско-грузинской войны, Кремль наконец приняли всерьез. И стоило только армии начать учения «Кавказ-2009», такие же, как те, которые переросли в прошлом году в войну, стоило только генералу Макарову заявить, что Грузия «бряцает оружием» и вот-вот опять нападет, — как в Батуми послали американский эсминец, в Тбилиси поехал Байден, а президент Обама обсудил в Кремле войну с Грузией и, как утверждают источники, получил заверение, что прошлогодняя война не будет возобновлена.

Короче говоря, раньше Кремлю не верили. Не верили, что может быть война с Грузией, что газ — это оружие, что Россия может перекрыть газ Украине и заявить, что это Украина сама себе перекрыла газ. Теперь Кремлю верят.

И тут оказалось, что политика Кремля — это вовсе не политика страны-изгоя. Это политика страны-хулигана. Это как если бы в соседнем доме бушевал сосед и кричал: «Слышь, сука! Ты меня не уважаешь! Дай тыщу баксов, а то кошку задушу, собаку отравлю, дом сожгу!» Долгое время соседу не верили. Считали, что он хороший человек, ну разве что немного с загадочной душой. Но кошка задушена и собака отравлена. Это не значит, что соседа начали уважать и дали ему тыщу баксов. Это значит, что вызвали полицию.

И в этом смысле ближайшие два месяца будут ключевыми для будущего России, потому что именно в эти два месяца неуравновешенный сосед должен решить, что делать дальше: жечь дом, с которого не спускают глаз полицейские, или тихо замолчать.

Можно, конечно, нарушить обещания, данные Обаме, начать войну с Грузией и объяснить, что, да, мы-то со своей стороны обещали не продолжать войну, но вот Саакашвили же напал! Можно перекрыть газ Украине, придравшись к какой-нибудь запятой. Можно втридорога перекупать источники газа для Nabucco.

Но цена вопроса будет на порядок другой. Никто не поверит, что грузины сами на себя напали, украинцы сами себя перекрыли и что лихорадочные попытки взять Европу в газовые клещи свидетельствуют о мирных намерениях Кремля: мы же говорили, что газ — это оружие? Ну вот нам и поверили.

Сделать это — означает превратиться из хулигана в изгоя. А знаете, что такое страна-изгой? Это страна, счета лидеров которой арестовывают в швейцарских банках.