Весенние палы
Пожары в Сибири начались рано. Возможно повторение за Уралом прошлогоднего европейского лета.
За последние дни в Сибири сгорели тысячи гектаров леса и лугов. Пожары бушуют во всех регионах, за исключением северных территорий, где в тайге еще не растаял снег. Из-за аномально жаркой погоды все чаще говорят о том, что в азиатской России этим летом может повториться прошлогодний европейский сценарий.
Это не так хотя бы потому, что у нас куда меньше торфяников, а значит, города не накроет едким дымом. Кроме того, огромные площади тайги человеком просто не освоены, а значит, и нужды в тушении лесов там нет. Однако власти уже демонстрируют обеспокоенность. И реагируют традиционно. Так, говоря о том, что лесных пожаров ожидается в 2—3 раза больше, чем в прошлом году, власти Красноярского края создали 29 оперативных штабов по контролю лесопожарной обстановки.
МЧС формулирует причины многих пожаров как «хулиганские палы травы». Только в Красноярском крае и только за два выходных дня, 23 и 24 апреля, из-за поджогов травы сгорели 21 жилой дом и 16 дач. В Канске, когда огонь перекинулся на жилой квартал, люди не успели вынести даже документы.
Нам говорят, что мешает невежественный и разгильдяйский народ, бросающий в лесу окурки и практикующий такую национальную забаву, как весенние палы. Но вот что рассказал Эрик ВАЛЕНДИК, главный научный сотрудник, доктор сельскохозяйственных наук, профессор, академик РАЕН, заслуженный лесовод РФ (Институт леса им. В.Н. Сукачева Сибирского отделения РАН, лаборатория лесной пирологии):
— Есть абсолютно достоверные данные: причина многих весенних пожаров — а они составляют 60—70% от всего количества за сезон — это самовольные сельскохозяйственные палы, сжигание стерни на полях, старой травы на пастбищах, покосах. Огневая очистка сельхозугодий бытует с тех времен, когда образовались скотоводческие общины. Палы выгодны сельскому хозяйству — улучшается качество пастбищ, удлиняется срок их эксплуатации. И требуются не запреты (они если вмешиваются в экономику, не работают), а технологии, которые устроили бы и крестьян, и лесное ведомство. Например (я предлагал это на многих уровнях): снег сходит на полях на неделю, две, даже три, раньше, чем в лесу. Вот и позволить крестьянам выжигать стерню в этот период. Не как сейчас — тайно, по ночам, бесконтрольно, а в четко определенные сроки. Нужно сделать регламент. Один срок для южных районов, другой — для центральных, третий — для тех северных районов, где есть земледелие и скотоводство. Если вышел за этот срок — строгое наказание. Вот и все. Однако пока по этому пути пошла лишь Якутия, единственная в России.
Валендик предлагает установить сроки для контролируемых сельхозпалов. И не отвлекать силы и средства на тушение тайги там, где она безлюдна: природа без нас разберется, чему гореть, а чему тонуть. У этих элементарных мер, однако, есть очевидный минус. Они не требуют денежных вливаний, они, напротив, экономят госсредства. А что тогда пилить?
