Музыка от Музычук, или Кузница музыкальных кадров имени Лапиньша
Так называемый Байкальский государственный университет (бывший БГУЭП, бывшая Экономическая академия, бывший Нархоз, бывший Финансово-экономический институт) огорошил общественность заявлением, что отныне намерен вести обучение по трём новым специальностям:
53.02.01 – Музыкальное образование;
53.02.02 – Музыкальное искусство эстрады;
53.02.03 – Инструментальное исполнительство.
Последние две будут дополнительно подразделяться соответственно по видам эстрадного искусства и по музыкальным инструментам.
Что такое приснилось руководству вуза, всю свою историю специализирующегося на финансах, экономике и юриспруденции, понять сложно. То ли врио ректора Татьяна Музычук решила оправдать свою фамилию, то ли она стала очередной жертвой обаяния художественного руководителя Губернаторского симфонического оркестра Иркутской филармонии Илмара Лапиньша. Ведь именно престарелый дирижёр заявлен как инициатор происходящего, а уж как он умеет охмурять дам, даром что на восьмом десятке лет, мы знаем по тому, как плясала под его дудку отставленный министр культуры Стасюлевич.
Нового министра у нас, кстати, до сих пор нет, поэтому в новой авантюре Лапиньша культурное ведомство не задействовано. По крайне мере, никакой официальной информации по этому поводу на сайте Минкульта нет.
Примечательно, что в сообщении об открытии новых специальностей пресс‑служба БГУ представляет Илмара Артуровича членом попечительского совета вуза. Однако двух кликов мышкой достаточно, чтобы убедиться, что ни дирижёров, но кого‑либо с фамилией на «Л» в составе совета нет. Видимо, спешно приняли, но не успели сфотографировать.
Конечно, нельзя сказать, что раньше БГУ был полностью далёк от высокого искусства. Но согласитесь, обучать организационной деятельности в сфере культуры и игре на скрипке – для экономического вуза не одно и то же. Но зато можно стать первым подобным учебным заведением в стране, пусть даже для этого нет ни соответствующих звукоизолированных помещений, чтобы не отвлекать искусством студентов более приземлённых специальностей, ни инструментальной базы, ни, в конце концов, педагогических кадров.
Даже если попытаться собрать осколки Института культуры и искусств САПЭУ, по‑настоящему ценного и профессионального там было немного. Уже на берегу можно сказать, что престижность дипломов БГУ в музыкальном мире будет крайне низкой, если не отрицательной. Так и видится диалог при приёме на работу, например, тромбониста в какой‑нибудь оркестр:
– Какое у вас образование?
– Иркутский нархоз. Кузница музыкальных кадров страны.
То, как девушка держит смычок на рекламе новых специальностей, – очень плохой знак
Главный же вывод, который можно сделать после заявления ректората БГУ, – филиала Московской консерватории в Иркутске не будет. Впрочем, адекватным людям это было ясно изначально. Москвичи бы, наверное, обрадовались, если бы знали о наполеоновских планах иркутского дирижёра и бывших руководителей Иркутской области и её многострадальной культуры.
Подробнее о предыдущей авантюре Илмара Артуровича вы можете прочитать в материале Бабра:
Кстати, в упомянутой статье предлагался неплохой вариант – филиал Красноярского института искусств. Как говорится, дёшево и сердито. Ведь своя кузница кадров области действительно нужна. Только хотелось бы, чтобы она была разумно организованной и дееспособной.
