Писателю Борису Ивановичу Черных - шестьдесят пять лет

Какой провидец, глядя на болезненного мальчика Борю Черных из глухомани Приамурья, прозрел бы его будущую яркую жизнь писателя и общественного деятеля?

Но драматическая завязка судьбы скрывалась уже в самой (как бы не случайной) дате его рождения: 13 июля (день казни декабристов) 1937 года (год массовых репрессий).

Юридический факультет ИГУ Б. Черных, выпускник школы заштатного провинциального городка Свободного, выбрал случайно. Его могла бы ждать удачливая адвокатская или даже прокурорская карьера. Но романтизм хрущевской оттепели, связанный с иллюзиями, наступившими после ХХ съезда КПСС, призвал его к иному поприщу.

Конец 50-х - начало 60-х - бурное время экономических и идеологических изменений. Тысячи комсомольцев бросают насиженные места и отправляются "за туманом и за запахом тайги" на различные стройки. В ЦК КПСС идет незримая, но жесткая борьба между ортодоксальными партократами и теми, кто пытается выстроить коммунистическую идеологию не на партийном насилии, а на идеях гуманизма. Стране понадобились молодые лидеры, способные повести за собой молодежь на строительство "светлого будущего".

Идеологически подкованного и энергичного комсомольца Бориса Черных заметили и пригласили на работу в обком ВЛКСМ. Вспоминая свою юность, Черных скажет о себе, вовсе не гнушаясь комсомольского прошлого: "Я был хорошим комсомольским работником".

Организаторские способности у Бориса проявились одновременно с литературными. Еще в 1959 году университетская многотиражка напечатала его первый рассказ "Юнкер Корецкий", отмеченный в то время А. Вампиловым. Но активная комсомольская работа и бойкое перо больше располагают к публицистике, и Борис Черных приходит в "Молодежку", которая в те годы многим будущим иркутским писателям поставила перо.

Еще не начинался застой, но призраки его уже бродили по стране победившего социализма. Партийные догматики, обеспокоенные расшалившимися "детьми ХХ съезда КПСС", жестко обюрокрачивали общественную жизнь. Партийная фраза подменяла дела, дутые отчеты скрывали экономические и идеологические проблемы.

Осмыслив происходящие явления в комсомольской и партийной жизни страны, Борис Черных, к тому времени перечитавший от корки до корки В. Ленина, пишет письмо на XV съезд комсомола, в котором предлагает реформировать не только ВЛКСМ, но и "святая святых" - КПСС.

С этого момента жизнь его круто меняется. Исключенный из партии "за фракционность и троцкизм", он вынужден уехать из Иркутска. Но где бы после этого ни оседал "мятежный странник" (так его назовет историк А. Борзенков), удел изгнания ждет его повсюду. За публикацию неподцензурных статей его выпроваживают из владивостокской газеты, за создание Республики Депутатов Учащихся - из армянской школы, за открытую поддержку А. Солженицына - из журнала "Юность", за письмо с требованием отставки Л. Брежнева - перестают публиковать.

Словно раненая птица, Борис Черных носится по стране в поисках безопасного гнезда. Вернувшись в семидесятых в Иркутск, он еще раз пытается заняться педагогикой, но охранители партийной идеологии, получив соответствующие доносы, изгоняют Бориса Ивановича из школы. Тогда он устраивается рабочим ботанического сада ИГУ и, уединившись от посторонних глаз, отдает себя литературному творчеству. Это было счастливое время, когда он работал над художественно- документальным исследованием сибирского крестьянства "Старые колодцы", проследив его историю почти за сто лет, писал рассказы, очерки, принялся за повесть.

Его затворничество нарушили бывшие ученики, ставшие уже студентами. Здесь, под липами и кленами ботанического сада, он с ними создает вольное общество, которое называет в честь своего товарища "Вампиловским товариществом". Молодежь, сгруппировавшаяся вокруг духовного наставника, обсуждает общественно-политическую жизнь, собственные художественные произведения и издает машинописные "Литературные тетради". Это был новый вызов системе, и 26 мая 1982 года Борис Черных был арестован (вот когда пригодились знания, полученные на юрфаке), а затем, отказавшись от публичного покаяния, он получил 5 лет лагерей и три года ссылки. Политические посидельцы на Чусовой будут вспоминать о нем, как о человеке, "с которым сидеть хорошо" (Л. Тимофеев). "Я не относил себя к диссидентам, - скажет он после отсидки. - Я ведь не отрицал строй, а старался его улучшить".

Вернувшись в год перестройки из неволи, Б. Черных вначале отдает долг общественной жизни, выступая на митингах, публикуя в СМИ ряд острых публицистических статей, интервью со многими видными представителями интеллигенции. В 1990 году он выигрывает открытый конкурс и становится редактором ярославской областной газеты "Золотое кольцо". Но вскоре Б. Черных ограничит свою активную общественную жизнь, сосредотачивая свои усилия на литературной деятельности и создает литературную газету для русской провинции "Очарованный странник", высокий уровень которой отмечали многие известные литераторы.

В эти годы к Борису Черных приходит всероссийская известность: он автор нескольких книг, лауреат литературных премий, авторитетный издатель.

Вернувшись в год своего шестидесятилетия в Благовещенск, Б. Черных некоторое время работает советником по культуре губернатора Амурской области, но литература не отпускает его. И, выйдя в отставку, он создает литературную газету "Русский берег" и продолжает писать.

Критики отмечают "самобытность и трогательность рассказов Б. Черных", которые стали для писателя В. Курбатова "странным ошеломлением". Ф. Искандер напишет в предисловии к книге "Озими": "Борис Черных зрелый прозаик. У него свой, богатый сибирскими красками язык, свой мир, пронизанный любовью к людям, своя философия существования".

"Он прежде всего работник, работяга. Если сказать в два слова, как говорили в XIX веке, он любезен Солженицыну и Астафьеву. Награды выше нет", - сказал о нем Ю. Карякин. И дополнил: "Главная идея его, писателя и гражданина, - идея восстановления корней. Отцы, деды, прадеды, семейная традиция. Без нее нет никакой почвы. Он этому посвятил свою жизнь".

Сегодня Борису Ивановичу Черных исполняется 65 лет. Позади долгая, полная драматических страниц, жизнь, в которой он всегда был на передовой. Рано потеряв отца, вкусив сиротство и голодное детство, Борис Иванович сделал свою жизнь яркой и динамичной. Он не отступал и не отступит под ударами судьбы, он продолжает делать свое высокое гражданское дело - всей своей жизнью и творчеством служить правде.