Домашние промыслы или кто такие кустари в Сибири?
С XVII века в России стало развиваться «домашнее» производство мелкого бытового и сельскохозяйственного инвентаря. Продукция изготавливалась не для собственного потребления, а для обмена или продажи.
Обычно такое производство налаживалось на дому, силами одной семьи. Такие промышленники получили название «кустарей», а их деятельность - «кустарный промысел».
В средневековом русском обиходе слово кустарь и куст были синонимами и обозначали разрастающийся во все стороны семейный очаг. В Сибири, особенно после гражданской войны, главным источником семейного бюджета, как в городе, так и в деревне, по сведениям «Сибирской Советской энциклопедии», служила семейная хозяйственная деятельность. Словосочетание «хозяйственная деятельность» наиболее часто встречается в лексиконе россиян второй половины XIX - первой четверти XX вв. Любил поговорить со своими корреспондентами о хозяйстве Лев Толстой. Не стеснялись писать в анкетах о «занятии своим хозяйством» обыкновенные, рядовые граждане вплоть до конца 1920-х гг.
Словосочетание «хозяйственная деятельность» употреблялось совместно с таким понятием, как «самодеятельное занятие». Самодеятельными профессиями признавались, особенно в Сибири, все те занятия, источником для которых была не государственная служба, а частный промысел или тот вид работы, при котором месткомы и парткомы не имели возможности вмешиваться. Среди тех, чья деятельность носила «самодеятельный» характер были городские рабочие - 6,6%; служащие государственных организаций - 4,2%; Остапы Бендеры - 0,09%; крестьяне единоличники - 24,5%; члены семейств, занятых в хозяйстве единоличников, - 56,2%.
В первые советские годы кустарное самодеятельное производство определялось как подсобная, дополнительная работа по добыче и переработке местного природного сырья. Количество занятых в промыслах лиц было незначительным и велось небольшими группами, артелями по 2 - 10 человек. В 1920 - 30-х годах на территории нынешней Иркутской области имелись занятия, которые совмещали добычу и обработку сырья: гончарный промысел, изготовление жерновов, добыча и обработка лесных материалов. Развивались производства: веревочное, колесное, корзиночное, экипажное и столярное.
Широко развивались отхожие промыслы. Они носили сезонный характер: рыболовство, охота, извоз, сплав леса. Из всех промысловых занятий более 90% проходили на открытом воздухе.
Средний годовой доход семьи иркутских кустарей составлял около 10 - 15 тыс. руб., что составляло приработок от подсобного хозяйства.
Такие кустари, как кожевенники и пимокатчики (пимокаты - изготовители валенок) работали только на заказ с сырьем заказчика. Их заработки зависели от сезона, но в целом, они получали на порядок больше, чем все остальные.
Гражданская война своеобразно повлияла на развитие кустарного производства: белые, а после их разгрома красные через кредитование кооперативов финансировали развитие тех отраслей кустарного производства, которые занимались транспортом: пимокатные, слесарно-кузнечные и обозные мастерские. В марте 1920 года таких мастерских было зарегистрировано 769 штук. На первых порах советская власть не только безоговорочно поддерживала кустарные мастерские, но очень активно распределяла военные заказы для нужд Красной Армии, снабжая их сырьем, а иногда станками. К несчастью, такая поддержка носила однобокий характер. Кустарям, у которых размещались военные заказы, запрещалось свободно торговать излишками произведенной продукции. Это фактически исключало легальную торговлю и вело к процветанию черного рынка.
Тогда наши предки пошли на создание «многолавки» - рыночной площади, на которой можно было обменять любой товар. «Многолавка» означала легальное право торговать любому человеку любым товаром в строго отведенном для этого месте, но не закрепленным за продавцом на длительный период времени. Речь шла о развернутой мелкой частной торговле сельскохозяйственной продукцией и промышленной продукцией для бытового потребления. Иначе говоря, любой город превращался в рыночную площадь, где крестьяне и рабочие предлагали друг другу самые необходимые вещи по ценам, их устраивавшим. Предполагалось, что такая уличная торговля сможет удовлетворить потребительский спрос и понизить уровень цен. Вслед за уличной торговлей в «многолавках» последовали процессы, которые постепенно позволяли организовывать крупные межотраслевые кооперативные союзы, торговавшие между регионами. Все решения в таких кооперативных союзах принимались на демократической основе, простым большинством голосов, и не всегда так, как желали коммунисты.
Преобладание интересов хозяйственного характера над политическими и идеологическими убеждениями начали пугать местных большевиков еще в 1922 г. Беспомощность в административной деятельности заставляла коммунистов подбирать выражения в спорах, затрагивавших экономику региона. Коммунисты без особого возражения, "молчаливо" одобрили участие представителей «многолавки» в дискуссии о придании Сибири самостоятельного экономического развития в рамках РСФСР. Однажды на заседании Сибревкома даже прозвучало предложение сделать из Ново-Николаевска второе Чикаго. В 1921 году из Омска в Ново-Николаевск переезжает Сибревком. В 1925 году на Первом краевом съезде Советов Сибири постановили переименовать город. Отныне он называется Новосибирском. По интенсивности капитальных вложений в предприятия, связанные с «самодеятельными профессиями», то есть фактически с частным предпринимательством, Новосибирск оказался на первом месте среди всех городов России. Позднее средства, накопленные от народной «самодеятельности», позволили быстрыми темпами развивать тяжелую индустрию в местностях, лежащих рядом с городом. Кстати, на втором месте по капиталовложениям исходящими от частного промыслового капитала, был Иркутск. Тем городам, которые превращались в центры кустарного производства, а затем, когда их жители пытались претендовать на распространение экономического влияния на близлежащие территории, присваивали название Сибирского Чикаго.
Название Сибирский "Чикаго" не являлось формальным лозунгом. Многие города края сибиряки действительно хотели превратить в крупные речные порты, а через систему каналов связать эти порты с выходом в Ледовитый океан, и с помощью ледоколов наладить прямую судоходную связь с Америкой. Новосибирск подходил для этих целей лучше, чем какой-либо другой населенный пункт. В начале Сибревком предполагал через речные порты Сибири осуществлять торговлю зерном, маслом, индустриальной продукцией с капиталистическими странами. Затем по плану должен был начаться процесс постепенного накапливая ресурсов и отстаивания городов, объединенных сетью речных портов, что позволило бы иметь не один, а сразу несколько крупных промышленно-финансовых центров. Среди планируемых новых экономических центров назывались Барнаул, Красноярск и Иркутск. Конец подобным планам наступил в канун Нового 1931 года, когда Кремль начал проводить политику свертывания на местах экономических инициатив.
Владимир Титов,
кандидат исторических наук
