Самый старый дом Иркутска скоро развалится
Так называемый Дом Шубиных на улице Лапина в самом центре Иркутска ничем не отличается от окружающих его полуразваленных деревянных домов. Зимой его растаскивают на растопку печей, весной и летом дыры залатываются. Ничего не говорит о том, что именно это – самый старый деревянный дом в Иркутске, который был срублен более двух веков назад, одно из немногих деревянных строений, пережившее страшный пожар конца девятнадцатого века. Говорят, пока продолжался пожар, дом беспрерывно поливали водой из ведер.
Местные пацаны любят полазить по старому дому, первый этаж которого уже почти скрылся под землей, а третий выгорел от пожара. Только часть второго этажа, где раньше размещалась семья купца Шубина, пригодна для обитания, и здесь сейчас живут люди. Хотя в Центре по сохранению культурных памятников Иркутской области нам заявили, что кроме бомжей и наркоманов в Доме Шубиных никто не живет.
– Игореха там живет, – сильно шатаясь, промычал сосед, – недавно освободился, убил кого-то по молодости и тянул лямку в колонии. Вроде одумался, даже подженился. Теперь его днем с огнем не найдешь, а как появляется – приходит сразу ко мне. Товарищи мы с ним. Понимаешь? – мужичок мягко щелкнул себя в шею.
– Жить-то там можно? – спрашиваю мужика, от него далеко за версту несет перегаром.
– А как же! Можно. Дом еще что надо, покрепче моего будет, хоть и на сто пятьдесят лет старше. Раньше на первом этаже, который ушел под землю, размещалась столовая, там готовили кушать. На втором этаже в двух больших комнатах жил сам купец с семьей. На третьем прислуга. Не пойму, почему наше государство не может восстановить дом.
– Сколько комнат жилых?
– Можно посчитать. Зал. В зале стол деревянный, табуретки, сколько – не помню. Кровать железная. Стены в обоях простых, но чистых. Большая печка стоит посередине комнаты. Короче, все путем, как у людей. Пойдем покажу, какие шторы на окнах.
Мужик раскрыл ставню и ткнул черным указательным пальцем. За мутным от грязи стеклом красовались шторы в красный цветочек. Значит, дом точно жилой.
Словно подтверждая мои мысли, из настежь открытой форточки окна Дома Шубиных вылезла пушистая маленькая кошка и бросилась к нам тереться о ноги.
– Видишь. Жрать хочет, сколько дней Игореха ее не кормил... А какой дом был, – продолжил причитать он, – брус из лиственницы, теплый, прочный, иначе столько бы и не простоял.
– Привидения не живут в нем?
– Нет. Я не видел. Хотя народу там убивают кучу. Прошлым декабрем один казак запинал бомжиху. Моя жена лет шесть назад сгорела на третьем этаже. Наркоманка и дура была. Да все смерти и не перепомнишь. А вот привидений никто не видел, только если с белой горячки.
Прощаясь со мной, сосед Игорехи пригласил заходить почаще к нему, выпить водочки да поговорить по душам.
Комментарий специалиста:
В Центре по сохранению культурного и исторического наследия Иркутской области нашему корреспонденту сказали, что Дом Шубиных находится в ужасном состоянии. Но пока государство ничего сделать не может.
– Мы ставим вопрос о принудительном отчуждении Дома Шубиных у собственников, – прояснила ситуацию Татьяна Соколова, юрист. – Вся проблема в том, что мы не можем найти всех его хозяев. По данным БТИ, их трое. Одного мы нашли, он дал согласие продать свою долю, но городская администрация, рассмотрев вопрос, пришла к выводу, что выкупать памятник долями нет смысла. Если выкупать, так сразу весь дом.
По закону, который вступил в действие 25 июня нынешнего года, выкуп должен организовывать Комитет по управлению имуществом. Как только разыщут двух оставшихся собственников, документы передадут в суд, и уже он решит дальнейшую судьбу исторического памятника.
– А почему уже сейчас нельзя приступить к реставрации дома?
– Государство вправе реставрировать только принадлежащие ему памятники. В ином случае бремя содержать имущество лежит на собственнике.
