Вновь приехал «Ревизор»
Среди культурных событий, случившихся в городе за прошедшую неделю, особо нужно выделить премьеру в маленьком зале Иркутского энергетического колледжа. Спектакль, поставленный любительским театром Александра Гречмана, называется «РЕВИзор не РЕВИзор». По мотивам, понятно, чего и чьего. И «Ревизор», и не «Ревизор». В общем, реви не реви...
Первое, самое заметное отличие гречмановского спектакля от оригинального текста великой комедии - наличие двух новых героев: самого автора «Ревизора» и его слуги. Гречман кроме основного текста комедии использовал кучу побочного материала, в том числе и переписку Гоголя. Потому спектакль получился с двумя уровнями ремарок: с авторскими и режиссерскими. Гоголь на сцене - чтобы озвучить режиссерские ремарки. Устами Гоголя режиссер судит, смеется и жалеет своих героев и, между прочим, самого Гоголя.
Николаю Васильевичу оказана честь открыть действие. В первой сцене он, голодный и злой, в комнатке провинциального трактира. Ерничающий слуга, в конце концов, осточертел писателю. Осточертела и скука, и отсутствие пищи и табака. Есть только одна сигарета, да и та, как выясняется, ненастоящая. Ситуация - великий писатель помирает с голоду в уездном трактире - глупая, тупая. Поправить ее нет никакой возможности. Больше всего писатель зол на самого себя. И это свое состояние - бессильную злобу, смех над собой - русский гений, по мысли Гречмана, просто-напросто переносит на других людей. За сюжетом дело не стало - как никак гений. (А может, и права легенда, что сюжет подсказал Пушкин). NB: вспомним, эпиграф к комедии: «Нечего на других пенять, коли рожа крива». Как вы думаете, к кому в первую очередь обращает свои слова русский гений? Только в великой злобе на самого себя можно было написать это Произведение - к такой мысли постепенно подводит зрителя Александр Гречман.
...Далее действие развивается практически по тексту. Только вот Добчинского и Бобчинского Гречман производит в судью и попечителя богоугодных заведений. Два помещика как бы рассеиваются, попав в тень гораздо более громоздких фигур Ляпкина-Тяпкина и Земляники. В купцах, держи-мордах, по Гречману, необходимость тоже вроде как отпадает, они утяжеляют пьесу, Гречману с ними неохота работать. На сцене из гоголевских героев только городничий, его семейство, Аммос Федорович, Артемий Филиппович, почтмейстер и, разумеется, Хлестаков со своим пронырой-слугой Осипом (Хлестакова и Гоголя играет один актер).
«Господа! К нам едет ревизор!» - суета сует. Гречман и его актеры безукоризненно следуют за автором комедии. Причем делают это настолько здорово - кривляются абсолютно по-детски, но со взрослыми горемычными минами, - что на протяжении всего спектакля зал покатывается со смеху. Лишь дважды еще режиссер прерывает гоголевское повествование. Первый раз, предваряя сцену прощания-бегства завравшегося Хлестакова с Машей. Перед зрителем вместо Хлестакова опять великий комедиограф со своим слугой, обсуждающие, что наигранно, а что ненаигранно. Слуга кривляется, а Гоголь оценивает: «фальшиво», «неестественно»: И чтоб таки образовать слугу, автор дает ему возможность побывать в шкуре Хлестакова. Какой стыд пережил Слуга-Хлестаков, наврав с три короба. И вот тут-то слуга, любимым делом которого было подкалывать писателя, понимает, какой ужас творится в душе его господина, создавшего Комедию, пережившего каждого своего персонажа в отдельности, каждого пропустив через себя. Все эти мысли сплетаются в последней режиссерской ремарке: как раз та ненастоящая сигарета. Слуга в очередной раз подает ее Гоголю и спрашивает: зачем он ее курит, ведь ненастоящая. «А что здесь настоящее?» - отвечает сатирик.
