Сроков для розыска пропавших людей не существует

Ушли из дома и не вернулись. Только тот, у кого терялись близкие, может понять, сколько горя и тоски скрывается за сухой, казенной фразой...

Но в последние годы всплеска пропавших в Приангарье не было зарегистрировано, говорит Сергей Чен-юн-тай, начальник отдела по организации розыскной работы уголовного розыска ГУВД Иркутской области. Хотя меньше людей исчезать не стало. Бегут из дома дети - синдром бродяжничества свойственен не только детям пьющих родителей, но и вполне благополучным отпрыскам. Пропадают взрослые, причем также нередко по собственному желанию - из-за домашних конфликтов, стремления "по жизни загулять".

И, безусловно, люди исчезают по криминальным причинам - их убивают, похищают, избивают до потери памяти... Когда исчезновение носит явно криминальный характер, возбуждается уголовное дело по факту убийства, даже если труп не обнаружен. Были в Иркутской области примеры, когда похищали детей коммерсантов, но в угрозыске заверили, что таких случаев - единицы (за последние три года всего два), вроде как киднеппинг у нас не очень распространен. (Вполне вероятно, что реальные цифры намного выше: родные боятся похитителей и не обращаются в милицию, предпочитая заплатить выкуп.)

Система розыска пропавших отработана до деталей. Это беседы со знакомыми, родственниками. Это проверка всех мест, где человек может быть - вокзалов, аэропортов, больниц, моргов. Оперативники говорят, что в розыске людей могло бы помочь областное бюро по регистрации несчастных случаев, в которое бы стекалась информация со всех клиник, станций "скорой помощи", ГИБДД, моргов и проч. Иркутский угрозыск уже много лет "бьется", чтобы такое бюро было создано, но, как всегда, дело тормозит отсутствие средств.

В монастыре, секте, за границей

В народе бытует мнение, что подавать заявление об исчезновении человека можно только спустя трое суток после его пропажи. На самом деле, таких сроков просто НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Если в отделении милиции говорят: надо подождать, мол, муж или ребенок нагуляется и вернется, не слушайте! Знайте, что заявление обязаны принять, даже если с момента утраты связи с человеком прошло всего два часа или, напротив, много-много месяцев. Есть лишь одно условие - обращаться надо в отделение того района, в котором пропавшего видели в последний раз.

- Умейте добиваться своего, - замечает Сергей Чен-юн-тай, - и обращайтесь к профессионалам, то есть в милицию. Если что, мой телефон: 21-22-21. Многие люди в такой ситуации цепляются за соломинку - кидаются к частным детективам. У меня есть подозрение, что эти детективы на самом деле получают информацию от некоторых милиционеров, берут с клиентов деньги, а когда пропавший находится, делятся прибылью с этими самыми оперативниками. Нередко отчаявшиеся родственники ищут помощи у экстрасенсов. В Иркутске действует целая группа этих шарлатанов, но сколько я работаю - не припомню случая, чтобы они кого-то нашли.

Предложений от экстрасенсов найти пропавшего по фото действительно немало, они печатают объявления в газетах, развешивают на остановках. Один "сеанс" стоит в среднем 500 рублей, но никаких гарантий успешного поиска провидцы, понятно, не дают.

...Иногда люди находятся через много-много лет в самых неожиданных местах - в монастырях, сектах, за рубежом. В 2002 году в Иркутске пропала молодая девушка. В мае этого года ее тете попалась красноярская газета. В ней женщина увидела фото, на котором - ее племянница в окружении незнакомых людей, в каком-то офисе, веселая, красивая. В редакции газеты тетке сказали, что взяли фото из Интернета, с одного из американских сайтов. Сейчас девушку ищет Интерпол. И хотя пока результатов не было, родственники надеются на чудо. У того, кто ждет, надежда не умирает.