Где Ходорковский, там и налоги
В Томске налоговая инспекция требует от пенсионерки Татьяны Кальсиной возместить государству более 200 тысяч рублей недоплаченных налогов за то, что ее дочь обучалась в лицее-интернате "Подмосковный" в Кораллово, который был создан по инициативе Михаила Ходорковского в 1994 году.
Этот лицей имеет статус негосударственного интерната, там учатся дети из малообеспеченных семей. Томичка Саша Кальсина отучилась в лицее три года, и теперь за это семья должна заплатить налог.
Изначально пенсионерка Татьяна Кальсина была должна государству 600 тысяч рублей. В документе, которую она получила из управления Федеральной налоговой службы, фигурировала именно такая цифра. Это неуплаченные налоги плюс пени и штрафы за три года обучения в подмосковном лицее "Подмосковный" дочери Татьяны Васильевны Александры.
Саша училась в лицее с 2004-го по 2006-й годы по приглашению Бориса Ходорковского. Отец девочки был нефтяником, работал в ЮКОСе и погиб на вахте. Мама – бывший геолог, уже много лет на пенсии. Именно поэтому Сашу Кальсину взяли учиться в "Подмосковный", причем совершенно бесплатно. Но бесплатную учебу государство расценило, как доход в натуральной форме. А раз есть доход, значит должен быть уплачен налог. А если он не уплачен вовремя, то за это будет наложен штраф. Так и образовалась сумма в 600 тысяч рублей. Когда пенсионерка впервые получила письмо-уведомление из налогового управления, долго не могла понять, за что она оказалась должна государству такую серьезную сумму. Понять, что это плата за бесплатное обучение дочери, Татьяна Кальсина не может до сих пор:
– Нам никто не говорил, что надо платить. Я, естественно, туда бы не поехала. Я говорила по телефону с Борисом Моисеевичем Ходорковским (Михаил уже сидел в тюрьме), говорю – так и так, очень трудно ребенка содержать, в школе все платное, книжки платные, кружки платные, все платное, помогите, пожалуйста. Он говорит: "Раз вы нефтяники – поможем..." Муж погиб у меня, когда Саше исполнилось три годика, я на пенсии, и тут мне такая помощь вроде бы из Москвы.
Саша Кальсина, которая теперь в Томске заканчивает последний класс, недоумевает, почему ни до того, как она поехала учиться, ни в во время учебы никто их не предупредил, что придется платить:
– Три года я там училась и ни разу ни ежемесячно, ни ежегодно, ни в конце учебного года нам не приходили никакие бумаги из налоговой. Допустим, если мы должны каждый год подавать декларацию, следовательно, они должны были каждый год какие-то бумаги или квитанции присылать, или какие-то документы о том, что мы должны предоставить отчеты. А они делали очень хитро: они протянули три года, собрали какую-то большую определенную сумму, которую можно взыскать, и к тому же еще начислили штраф, что мы не выплачивали. Мне кажется, очень умело это все сделано.
Сама Саша считала почти чудом, что попала в подмосковный лицей. Большинство детей, которые учились вместе с ней, остались без обоих родителей. Лучшая подруга Саши – Зарина из Беслана. Она потеряла родителей во время захвата школы террористами. Бесланских детей в лицее было много, и им тоже, как и Саше, предъявляли налоговые претензии. Позже их сняли. В мае 2009 года Госдума приняла изменения в Налоговый кодекс, согласно которым пострадавшие от террористических актов освобождаются от уплаты налогов за оказанную им помощь в натуральной форме. И хотя закон обратной силы не имеет, для детей из Беслана сделали исключение. Зарина осталась учиться в "Подмосковном", а вот Саша вынуждена была уехать. Мама забрала дочь из лицея, потому что у нее нет возможности оплачивать дважды в год дорогу из Томска в Москву и обратно:
– Когда мы учились там три года, я с пенсии откладывала – и то нам помогала соцзащита – один раз три тысячи дала, второй раз пять тысяч. А потом уже билеты стали все дороже и дороже, и я уже не смогла найти даже и эти деньги. Потому что двенадцать билетов в год, четыре раза я за ней ездила. Из Томска она у нас была одна.
Приняв во внимание бедственное положение семьи, налоговики освободили Татьяну Кальсину от большей части штрафов. Теперь Татьяна должна государству не 600 тысяч, а 217 тысяч рублей. Чтобы взыскать эту сумму с пенсионерки, налоговое управление обратилось в суд. Представитель Кальсиных в суде Анатолий Лапин надеялся на благополучный исход дела. Ведь это абсурдно, говорит он, требовать налог с тех, кто получил помощь как малоимущий:
– Был заключен договор, в договоре четко прописано, что обучение будет бесплатное. Суд должен быть на ее стороне, так как там все четко прописано, она же вдова!
Но Октябрьский районный суд вынес решение в пользу областного управления Федеральной налоговой службы и обязал Татьяну Кальсину возместить государству 200 с лишним тысяч налоговых отчислений. Суд сократил претензии налоговиков только на 700 рублей. Теперь к Кальсиным могут прийти судебные приставы, хотя в их скромной квартире описывать особо нечего: из техники только старенький телевизор "Рубин" и Сашин компьютер, купленный несколько лет назад на деньги от продажи дачного участка, говорит Татьяна Кальсина:
– Я получаю четыре тысячи. Нефтяник, геолог, прошла все эти скважины, по пояс в грязи там ползала. Осталось уже последнее. Это что – у меня теперь, квартиру, что ли, арестуют? Квартиру, сказали, что могут арестовать или половину пенсии я должна платить…
Продолжает Александра Кальсина:
– Судья прежде всего, человек, и он должен понимать, что мы люди малоимущие и, естественно, таких денег у нас нет. Я думаю, он это прекрасно понимает. По бумагам у нас доход шесть тысяч в месяц и одна квартира, даже описать нечего. Я до их пор недоумеваю, как просто он рассуждал. Ладно, по закону он прав. Но суд для того и создан, чтобы находить выход из таких ситуаций, все же не всегда решается просто по бумагам.
Пенсия и за 5 лет не покроет долги государству, поэтому Татьяна Кальсина и ее дочь сдаваться не намерены. Как только они получат на руки решение районного суда, они обратятся в суд вышестоящей инстанции. В этом, как стало известно, им готовы помочь областные депутаты. Они уже обратились в прокуратуру с просьбой представлять интересы малоимущей семьи в суде.
