Фальстарт как норма жизни

Предвыборная агитационная кампания в России, несмотря на то, что официально все еще отмашки из ЦИКа нет, началась с фальстартов. Первыми рванули, не дожидаясь легального объявления начала агитационного периода, кандидаты в президенты Геннадий Зюганов и Михаил Прохоров, сойдясь недавно в клинче на телеканале "Россия-1" в передаче "Поединок".

На следующий день в ЦИКе объявили, что займутся расследованием преждевременных "дебатов" на предмет обнаружения нарушений закона. Кое-кто из политбомонда высказывал даже опасения, что бегущих впереди батьки могут примерно наказать – снять с дистанции. Однако пока что – тишина.

Впрочем, на днях подобный фальстарт допустил и главный претендент на кресло президента – действующий премьер-министр Владимир Путин, встретившись с шахтерами в Кемерово. Хотя эта встреча и по своей форме, и по содержанию выглядела предвыборной, в ЦИКе как воды в рот набрали.

Избирательный подход, вплоть до различного понимания законодательства в отношении разных кандидатов, стал уже, похоже, нормой для российского ЦИКа. Лыком в строку можно вставить также и снятие с гонки лидера одной из старейших российских демократических партий Григория Явлинского — из-за якобы сверхлимитного брака, обнаруженного в его подписных листах. Нет сомнения в том, что какие-то огрехи и ошибки там-таки нашли. А как их не может быть, если за столь короткий срок избирательный закон предписывает собрать два миллиона подписей?

История эта с изгнанием из кандидатского списка Григория Явлинского выглядит тем более странно, что другой кандидат, олигарх Михаил Прохоров, который тоже спешно собирал вожделенные два миллиона, благополучно остался в обойме. Впрочем, странно это выглядит только на первый взгляд: если вспомнить, что креатура миллиардера Прохорова была одобрена в Кремле, то все становится на свои места. Однако никакой критики, как говорится, такой избирательный подход не выдерживает: партия "Яблоко", по крайней мере, имеет разветвленную региональную партийную сеть по всей стране и в состоянии собрать своему лидеру необходимое количество подписей нужного качества. Это – в сравнении с беспартийным Прохоровым, к спискам которого ни повышенного интереса, ни вопросов, судя по всему, у ЦИКа не возникло.

Видимо, и сам прокремлевский претендент почувствовал из-за этого некую неловкость, заявив, что "снятие Григория Явлинского – это удар по легитимности выборов президента России". Претензии ЦИКа выглядят, по крайней мере, странно, если вспомнить, что на думских выборах в декабре прошлого года за партию "Яблоко" проголосовали больше двух миллионов избирателей. Разве одно это уже не доказательство того, что ее лидер вправе представлять их интересы на президентских выборах?

Однако главная интрига предстоящих выборов заключается в том, что Владимиру Путину, сдавшему на временное хранение пост президента Дмитрию Медведеву четыре года назад, надо во что бы то ни стало выиграть в первом туре. Второй тур, видимо, в представлении кремлевских и белодомовских технологов ляжет некой тенью на безусловный вождизм Путина. И именно это обстоятельство требует от общества жертв. Снятый из предвыборной гонки Григорий Явлинский – одна из них. Как и допущенный Прохоров.

Третьей "жертвой" на предагитационном этапе пал мало кому известный Дмитрий Мезенцев, губернатор Иркутской области и питерский знакомец Путина. Только после снятия этой кандидатуры стало ясно, зачем его баллотировали в президенты. Оказывается, чтобы уравновесить — в глазах страны — удаление с предвыборного политического поля Григория Явлинского. Мол, а что это "яблочники" ропщут? Вон мы и Мезенцева, несмотря на то, что он губернатор, сняли – так что все по-честному. Видать, в свете сверхзадания – победить в первом же туре выборов – и те несколько процентов, которые мог бы "оттянуть" Григорий Явлинский, для Кремля оказались очень важны.

Но больше всего вопросов к Кремлю и самому Владимиру Путину вызывает следующий этап выборов, прописанный в законе: претенденты на самый высокий пост должны предъявить свои программы и взгляды на развитие страны в конкретных теледебатах, на которые государство выделило эфирное время и немалые деньги. Однако, как уже известно, главный кандидат – действующий премьер-министр – отказался от них, предположив, что вместо него на телесмотрины и дискуссии с оппонентами придут его представители. Пресс-секретарь Путина утверждает, что премьер слишком занят, чтобы терять на это время. Но ведь закон дает право каждому кандидату взять специальный отпуск для проведения предвыборной кампании, включая и дебаты. Все остальные кандидаты так и поступили – ведь не пастуха же страна должна выбрать, а президента.

Получается, что Путин не может участвовать в дебатах, потому что слишком занят текущими премьерскими делами и даже в кандидатский отпуск из-за этого остерегается уходить. А вот в рабочее время, как, например, в Кемерово, проводить встречи с электоратом, заполняя собой в прайм-тайм телеэфир, – вполне. Где же логика? Она, видимо, в другом.

В свое оправдание Владимир Путин утверждает, что не боится ни с кем дебатировать. Мол, приходилось это делать на разных уровнях, включая международный, и по разным вопросам. Да, нет сомнения в том, что премьер за словом в карман не лезет – его мюнхенская речь до сих пор икается западным лидерам. Однако дебаты кандидатов в президенты – это нечто совсем иное, чем отповедь "акулам" империализма или встречи со сторонниками, которые заглядывают в рот.

Есть несколько десятков вопросов, которые могут задать ему (в прямом эфире) главные его оппоненты, на которые Владимир Путин пока никогда, нигде и никому из непосвященных не отвечал. Это касается, в частности, узкой группы людей (его новой, послеельцинской Семьи), которая извлекает из невидимых электорату отношений с ним вполне осязаемые дивиденды. На встречах с интеллигенцией иногда кто-то пытается спросить его на сей счет (как, например, Захар Прилепин). Видно, как тушуется премьер, "несет" в ответ некую околесицу. На дебатах именно такие развернутые вопросы, с цифрами и фамилиями, даже без его ответов вполне могли бы "раздеть" Владимира Путина перед его электоратом. Именно поэтому, похоже, дебатировать с остальными кандидатами в президенты у него нет времени.

Как-то Путин заявил, что он больше всего заинтересован в честных выборах. И это понятно. Но именно такие детали (толкование Конституции как дающей право трех сроков, регистрация прокремлевских кандидатов, снятие Явлинского, отказ от дебатов, бесконечное позирование премьера перед камерами всех центральных телеканалов с раздачей обещаний и денег) кампании уже бросают на будущие выборы тень нелегитимности. Нет равенства всех кандидатов перед законом. Один получается равнее остальных.

Это особенно хорошо видно на фоне проходящих параллельно праймериз перед президентскими выборами в США. Захватывающее зрелище – вот где настоящая состязательность программ, интеллекта и эрудиции. Причем уже на первоначальном уровне определения лидера внутри самих партий. Дебаты – главное орудие электората в определении своего кандидата. И никаких местных "нашистов" или "молодогвардейцев" за государственный счет.

Кое-кто из политологов высказывает мнение, что, мол, не может кандидат Путин с его мощной, едва ли не 50-процентной поддержкой потенциальных избирателей (только "Левада-Центр" почему-то дает ему 37%) дебатировать, например, с почти безрейтинговым Прохоровым. Таким образом, опасаются в его окружении, Владимир Владимирович будет подтягивать до свого уровня соперников, поставит их на одну доску (высокую, подразумевается) с собой. Странные, конечно, рассуждения, если, с другой стороны, – и закон предписывает дебаты, и сам Путин печется об их честности. Казалось бы – иди и говори!

С третьей стороны, существует несколько форматов политических дебатов. Не обязательно – один на один с Зюгановым или с Мироновым. Можно провести и общие дебаты всех участников. Не хочешь вопросов от сторонников других кандидатов – пусть будет один строгий объективный модератор (ясно, что Владимир Соловьев на эту роль не годится). Вопросы может задавать всем по очереди только он. Или вопросы по его отмашке могут задавать друг другу кандидаты – в строго лимитированное для каждого время. Чего уж тут мудреного? Видимо, несмотря на подвешенность языка, он, обдумав все, решил, что отсутствие его на дебатах будет для него большим плюсом, чем участие в них с каверзными вопросами оппонентов и их влиянием на головы рядовых избирателей.

Страсти по президентскому креслу продолжаются. Отказ Путина от участия в прямых теледебатах, кроме прочего, почти все остальные кандидаты расценивают как и некое оскорбление. Об этом свидетельствует их свежее заявление: трое – Зюганов, Миронов, Жириновский – направили заявление в ЦИК с требованием исключить из дебатов представителей кандидата на должность президента Путина, которых он собирается направить на телеканалы вместо себя, а время распределить между участвующими претендентами.

В другой ситуации кандидаты могли бы серьезно обидеться на такое высокомерие премьера и договориться о снятии своих кандидатур, и тогда никаких выборов 4 марта 2012 года не было бы. Только сейчас это бессмысленно — Прохоров не подведет, иначе бы Мезенцева не сняли.