Остались без папы, или Осиротевший «Мой бизнес»

Пока депутаты Заксобрания руками и ногами упираются от принятия закона о секвестировании регионального бюджета, несчастное правительство Иркутской области, зависшее едва не на грани разорения, кажется, ищет новые и новые способы «сберечь впрок» копеечку. И под «расстрел» (наконец?) попадают в том числе и государственные же подведомственные организации. Например, холеный «Мой бизнес», существующий в иерархии правительственных «дочек» вот уже пять лет, но так и не родивший в ответ на свое создание ни одного качественного проекта…

Слухи о закрытии «Моего бизнеса» по кулуарам иркутской политики бродят не первый год. Но впервые они зазвучали в официальных кабинетах. И оказались на рассмотрении депутатами областного парламента. Пока в рамках комитета (то есть без законодательного окончательного принятия).

Примечательно, что событие это явилось народу аккурат после «исхода» из правительства региона создателя и покровителя «Моего бизнеса» Руслана Ситникова, который, как бы иронично это ни звучало, в бизнес и ушел.

А вот бизнес «государственный» остался без покровителя. Как и его прекрасная руководительница Диляра Окладникова. Но в государственной службе, пожалуй, красота – не залог успеха.

И вот этот самый «государственный бизнес» без покровителя предстал перед депутатами во всей своей неприглядной красе. И надо сказать, картина открылась удручающая. Пока рядовые предприниматели считают каждую копейку, их «помощник» — центр «Мой бизнес» — сорит деньгами налогоплательщиков с царственной беззаботностью.

Депутатам вынесли на рассмотрение целую дюжину управленческих «косяков». Во-первых, вопиющая статья расходов — аренда. Двадцать миллионов рублей в год за роскошные помещения в центре Иркутска. Возникает резонный вопрос: для оказания реальной помощи бизнесу обязательно нужен вид из окна на серый дом, или это вопрос статуса для самой госпожи Окладниковой?

Во-вторых, фонд оплаты труда, который, судя по всему, был сформирован по принципу «начальству — все, рядовым — что останется». Зарплаты топ-менеджмента таковы, что для их сохранения всерьез рассматривается вариант сокращения рядовых сотрудников. Получается классическая пирамида: ради содержания «золотых парашютов» наверху увольняют тех, кто якобы должен выполнять основную работу.

Ну и вишенка на торте — служебный автомобиль, который руководительница Центра Диляра Рамисовна Окладникова, согласно данным из ряда источников, использует как личное такси. Мелко, но показательно. Это демонстрирует глубину пренебрежения не только правилами, но и самим принципом целевого расходования государственных средств.

Вывод здесь напрашивается один: «Мой бизнес» не просто изжил себя, он стал хрестоматийным примером того, как нельзя тратить бюджетные деньги. Его вероятная погрешимость — не случайность, а закономерный итог системы, где назначение строилось не на компетенциях, а на личной, кхм, лояльности ушедшему покровителю.

И это — главный сигнал для всех остальных бюджетных учреждений. Дамоклов меч оптимизации, нависший над «Моим бизнесом», — это не частный случай. У бюджета попросту не осталось денег на красивые и неэффективные фасады. И правительство, загнанное в угол необходимостью секвестирования, будет вынуждено пройтись катком по всем, кто годами существовал в режиме «освоения», а не эффективного расходования.

«Мой бизнес» — лишь первая ласточка. Те, кто десятилетиями прятался за статусом государственных служащих, теперь должны будут доказать свою необходимость не связями в кабинетах, а реальными, измеримыми результатами.

А с этим, как выяснилось, в иркутском правительстве — большая проблема.