Фальстарт Андрея Буренина

О том, как один депутат двух губернаторов раскритиковал.

Заметным событием последних недель стала открытая лекция об экономических проблемах России и Прибайкалья, с которой выступил в Иркутском госуниверситете перед студентами и общественностью депутат Государственной думы, кандидат экономических наук Андрей Буренин — в недавнем прошлом начальник Главного финансового управления в администрации Бориса Говорина. Парламентарий, без преувеличения, попытался внести свежую струю в осмысление социально-политической ситуации. Однако запах струи получился неоднозначным…

Вот лишь краткие, тем не менее краеугольные выдержки из депутатского выступления:

«Экономика Иркутской области… сильно напоминает экономику РФ. Такая же экспортно-сырьевая ориентация, сильно зависящая от малопредсказуемой конъюнктуры мировых рынков. К постиндустриальной экономике Иркутская область не имеет никакого отношения — нет даже базовых предпосылок для ее формирования. Делать ставку на развитие ресурсного потенциала бесполезно — федеральный центр изымает 90 процентов налоговых доходов, полученных от разработки большинства видов полезных ископаемых… Проекты особых экономических зон, технопарки — все это, по сути, 70-80-е годы для большинства развитых стран. Мы пытаемся их догонять, но это бессмысленно, единственный выход — встроиться в постиндустриальную мировую экономику, которая приближается к третьему экономическому циклу, следующему после развития компьютерных технологий».

«Сейчас идет объективный процесс укрупнения субъектов Федерации — существующее административное деление давно уже не удовлетворяет экономическим реалиям. Но присоединение мелких субъектов вроде Усть-Ордынского Бурятского автономного округа с точки зрения экономики ничего не дает. Куда более выгодно слияние с Бурятией. Во-первых, в результате объединения Иркутской области и Бурятии озеро Байкал становится внутрирегиональным объектом. Соответственно, упрощается процесс развития здесь туризма — сейчас проект ОЭЗ туристско-рекреационного типа на Байкале тормозится, в том числе из-за несогласованности позиций обоих регионов… Во-вторых, Приангарье таким образом получает выход к границе с Монголией — динамично развивающейся страной, куда сейчас заходят российские финансово-промышленные группы».

«Можно разработать еще десятки разнообразных проектов, которые заинтересуют федеральный центр и позволят получить деньги из Стабфонда. Но у Иркутской области одна очень серьезная проблема. За последние десять лет благодаря тактике выжженной земли, которую использовал губернатор Борис Говорин, чтобы устранить потенциальных конкурентов, в регионе практически перевелись люди, способные к генерации новых идей. Людей, способных генерировать новые смыслы, новые идеи, готовить под них среду и реализовывать, и так очень мало, а в Иркутской области их почти нет».

В «буренинских тезисах» наряду с неординарностью и широтой мышления лектора очевидны, по меньшей мере, еще три момента.

Во-первых, Буренин негативно относится к вариантам экономического развития как на основе крупных сырьевых проектов (Ковыкта, Сухой Лог), так и рассчитанных на другие направления и отрасли (агломерация, особые экономические зоны, туризм, расширение индустриального производства). Иными словами, депутат Госдумы не согласен и с председателем Законодательного собрания Виктором Кругловым (первый вариант), и с губернатором Александром Тишаниным (второй). Вместо этого Андрей Викторович предлагает рвануть в «постиндустриальное завтра», чтобы не отстать от передовых стран. Правда, к чему эти призывы, непонятно, ведь депутат тут же утверждает, что в Иркутской области «нет даже базовых предпосылок для формирования» экономики высоких технологий. Вообще, Буренин не однажды противоречит сам себе: например, сказав о бессмысленности особых экономических зон, он предлагает объединить Иркутскую область с Бурятией, как раз чтобы продвигать проект одной из таких зон. Тем не менее слова Буренина — по существу, манифест, программное заявление о третьем пути для Иркутской области.

Во-вторых, Буренин, щедро раздавая оплеухи, напрочь отметает давний совет: чем кумушек считать трудиться, не лучше ль на себя, кума, оборотиться? Так, бывший начальник областного финуправления, а ныне член Бюджетного комитета Государственной думы напоминает, что федеральный центр изымает 90 процентов налоговых доходов, полученных от разработки большинства видов полезных ископаемых. А ведь изымает, между прочим, не абы как, по собственному усмотрению, а на основе федерального законодательства о налогах. Кто принимает федеральные законы? Государственная дума, где работает Андрей Буренин. Кто составляет думское большинство? Фракция «Единая Россия», где опять-таки состоит беспощадный критик иркутских властей. Но быть может, если уж идти на принцип, то надо сложить депутатские полномочия или, по меньшей мере, выйти из фракции «ЕР»? Буренин, однако, и здесь выбирает третий вариант: голосую вместе со всеми за плохие решения, а потом их критикую. Ответственности — ноль, зато, глядишь, удастся сорвать аплодисменты. В народе о таких случаях говорят без обиняков: «Ловко устроился»…

«И нашим и вашим» — не лучшая рекомендация для молодого, перспективного политика, Но тут, как говорится, против фактов не попрешь. Так, еще незадолго до включения в список кандидатов от «Единой России» на выборах в Государственную думу 2003 года Буренин публично заявлял, что оценивает потенциал всех без исключения российских партий как крайне низкий и предпочитает к ним не прислушиваться. Однако, когда появилась возможность получить депутатский мандат, Андрей Викторович то ли быстро поменял точку зрения, то ли, оставив прежнюю при себе — так сказать, для внутреннего пользования, сформировал вторую, параллельную — для публичных высказываний. Если так, то важно не перепутать, какую из них озвучивать: здесь эту, а там — ту…

Не ограничившись «наездом» на Тишанина с Кругловым, Буренин крепко «прикладывает» и своего бывшего начальника Бориса Говорина. Что ж, оценка, которую дал Андрей Викторович наследию Бориса Александровича, жесткая, но справедливая. Впрочем, нынешний депутат решился ее высказать только через год с лишним после отставки экс-губернатора. Тем более что тому сейчас, имея дипломатический статус, неудобно вступать в открытую полемику личного свойства…

А что же делал сам Андрей Буренин в течение десяти лет, когда, по его же утверждению, Борис Говорин применял «тактику выжженной земли»? Сначала, закончив сибирско-американский факультет менеджмента при ИГУ, стал первым заместителем начальника областного ГФУ, а затем, осенью 2001 года, в 27 лет возглавил Главное финуправление в ранге заместителя главы областной администрации. Вот так, видимо, и «переводились люди, способные к генерации новых идей»… Да, у Буренина имелись немалые разногласия с Говориным, но о них было известно лишь «под ковром», да и после отставки, случившейся весной 2003 года, Андрей Викторович избегал публичных оценок в адрес Бориса Александровича. Время, видимо, не подошло…

По большому счету, бывший иркутянин, избранный в Госдуму от регионального списка «Единой России» по Свердловской области (там находится головной офис Сибирско-Уральской алюминиевой компании — СУАЛ, в которой одно время работал Буренин), пытается предложить региональной элите оптимальный, на его взгляд, вариант действий. Фактически он советует перейти в оппозицию губернатору Тишанину — или, как минимум, вынести ему «последнее предупреждение», — отвергнув при этом и «проклятое вчера» (Говорина), и «газированное сегодня» (Круглова). В рафинированном виде, очищенном от субъективных, личностных моментов, эта точка зрения, впрочем, как и другие, заслуживает внимания, хотя, повторимся, Андрей Викторович допускает немало противоречий. Главное, однако, в другом: не получается рафинированный вид, личность молодого оппозиционера затмевает сказанные им слова. Возможно, если бы флагманом оппозиции стал другой персонаж, получилось бы убедительнее. А так — весь пар ушел в свисток…

Андрей Буренин — представитель нового поколения российских политиков. Однако «новый» — не всегда значит «лучший». Когда молодость сочетается с широким кругозором, коммуникабельностью, умением формулировать, отстаивать и проводить в жизнь свою точку зрения — это одно, а когда недавний юниор делает упор на аккуратные, исключающие риск технологические шаги для собственного продвижения на политическом рынке — согласитесь, другое.