Генерал, декабрист, хлеботорговец
Мало кому известно, что декабрист Сергей Григорьевич Волконский, будучи на каторге, а затем на поселении в Иркутске, увлекся огородничеством и хлебной торговлей. На этом почетном для того времени поприще Волконский, по его собственным словам, «зарабатывал копеечку для семьи и развлечения жены».
Этими словами он не раз в шуточном тоне попрекал своих товарищей по делу 14 декабря.
После разгрома восстания декабристы вначале отбывали каторгу на рудниках в Забайкалье, а затем были расселены в различных районах Сибири.
Волконский Сергей Григорьевич, князь (1788 - 1865) принадлежал к старинному княжескому роду, ведущему свое начало от Рюрика. Он получил блестящее образование. До 14 лет Сергей Волконский воспитывался дома и получил по тем временам блестящее образование. В действительную службу Волконский вступил поручиком в кавалергардский полк в возрасте семнадцати лет.
Огромное влияние на воспитание Волконского оказала его мать - Александра Николаевна, дочь знаменитого полководца и дипломата фельдмаршала Н.В.Репнина. Она занимала должность статс-дамы и обергофмейстерши высочайшего двора, считалась близким другом вдовы Павла I. По роду деятельности занималась придворными балами. Очевидцы отмечали, что Александра Николаевна, несколько суховатая по натуре, всегда свято следовала нормам дворцового этикета, и благодаря этому не утратила своего положения при дворе и после ареста сына.
Волконский участвовал в войнах с Наполеоном в 1806 - 1807 гг. Был награжден орденами Владимира 4-й степени, золотой шпагой с надписью «За храбрость», золотым знаком отличия в честь Прейсиш-Эйлауского сражения.
В 1808 г. Сергей Григорьевич получил чин штаб-ротмистра. С 1810 по 1812 гг. участвовал в русско-турецкой войне. В 1810 г. сражался против турок и был пожалован во флигель-адъютанты. Находился при главнокомандующем Дунайской армией М.И.Кутузове. Участвовал в сражении при Малой Слободзее при разгроме турок 1 и 2 октября 1811 г.
Князь Волконский принял самое активное участие в Отечественной войне 1812 г. Сражался под Витебском, Дмитровом и Смоленском. По случаю разгрома армии Наполеона и изгнания неприятеля из России, Сергея Григорьевича произвели в полковники и наградили орденом Владимира 3-й степени. В 1813 г. Волконский участвовал в боях под Калишем и Люценом, далее в сражении при Гросс-Берене и при Денневице, награжден орденом Георгия 4-й степени; произведен в генерал-майоры. Участвовал в Лейпцигском сражении, после которого был награжден орденом Анны 1-й степени и несколькими иностранными орденами. В итоге за десять лет военной службы Волконский поучаствовал в 58-ми крупных сражениях в истории России и Европы XIX столетия, стал генерал-майором в 24 года.
Вступив в Союз Благоденствия - одну из первых тайных организаций декабристов в 1819 г., князь С.Г. Волконский затем играл видную роль в Южном Обществе, осуществлял связь Южного и Северного тайных Обществ. После восстания 14 декабря 1825 г. был осужден по первому разряду (смертная казнь отсечением головы). По указу императора Николая I мера наказания была изменена на 20 лет каторги и последующим поселением в Сибири. В последствие срок каторги сократили до 9 лет. В Иркутской губернии проживал в селе Урике и в Иркутске.
После амнистии в 1856 г. князь С.Г. Волконский вернулся в Россию. Декабрист прожил 77 лет. Умер и похоронен в с. Воронки Черниговской губернии рядом с могилой супруги, кн. М.Н.Волконской.
Еще будучи молодым человеком, Волконский, путешествуя по Италии, увлекся огородничеством и хлебопашеством. Он вывел достаточно интересную формулу, относящуюся к сельскому хозяйству: полезные растения обладают свойством оставлять в почве органических веществ больше, чем они за кратковременное существование успевают из нее взять. Для того, чтобы этого добиться, мужику требовалось каждый раз по новому приноравливаться к обработке почвы. Если крестьянин менял земельный участок, то с этого начиналась вся работа. Это натолкнуло Волконского на вывод о том, что природа без участия человека позволяет растениям обогащать почву органическими веществами, а с участием людей, даже агрономов - нет или не всегда.
В Сибири Волконский через наблюдение определил дополнительное обстоятельство, способствующее увеличению урожая: растения, которым предоставлена свобода, распространяют основную массу своих корней в верхнем слое почвы. Им так вольготнее. Поэтому в своих парниках и теплицах Волконский пытался воссоздать подобные условия и очень часто добивался хороших урожаев. Помидоры в парниках Волконского, собранные в июле месяце, не умещались в ладони взрослого мужчины.
В земле смысл и корни бытия...
...А наслаждение - в лакомых кушаньях. Так считали многие из декабристов. Прибыв в Сибирь в кандалах убежденными западниками, они, осмыслив крестьянский быт хлебопашца, стали славянофилами - людьми, пропагандирующими особую роль русского человека в мировой истории. Сам Волконский полагал, что в управлении империей чиновникам мешает житейское благополучие. Комфорт, удобство, сытость и в итоге создается обманчивый мираж, усыпляющий силы человека и избавляющий его от главной стези: хлебом.
В доме Волконских в Иркутске столовая, по правилам тех лет, имела большую дверь, отворяющуюся на две половинки. По углам на пьедесталах вазы с цветами; по стенам бронзовые или чугунные канделябры, по крайней мере, на три свечи. Меблировка великолепной столовой состояла из большого раздвижного стола, одного или двух зеркал и массивных стульев, обставленных вдоль стен вокруг всей комнаты.
Столовая располагалась вдалеке от передней, чтобы не было видно ни любопытствующих, ни прислуги, защищенная своим местоположением от холода и сквозного ветра. Окна обращены в сад.
В середине трапезы Волконский поднимался из-за стола и обносил гостей блюдом с пирогами или выпеченным хлебом.
Современники вспоминали, что декабристы «любили лакомо покушать». На их дружеских обедах, сготовленных бывшими вельможами и петербургскими львами, за столом они сами и прислуживали.
На стол подавались овощи с парников кн. Волконского, в том числе дыни и арбузы. Из плодов облепихи Мария Николаевна делала вкуснейший ликер. Княгиня считала, что ягоды этого сибирского кустарника «имеют совершенный запах ананаса».
У Волконских за столом собиралось иногда до 25 - 30 человек. Среди них генерал-губернатор Восточной Сибири Н.Н.Муравьев, представители духовенства, местные чиновники, ученые, художники, писатели, музыканты. За общим столом вели споры, многие гости не могли понять, зачем князь - богатый человек, сам занимается хлебной торговлей.
Отнюдь не спекуляция
Хлебная торговля в Сибири в XIX веке - это отнюдь не спекуляция, а оказание посреднических, как бы сейчас сказали маклерских и лизинговых услуг, крестьянину - основному производителю России. Безусловно, употребление современных терминов для характеристики отрасли прошлой эпохи не всегда допустимо. Однако более точного определения нет.
При отсутствии средств связи и экономической инфраструктуры - железной дороги, русский хлебопашец лишался входа на рынки сбыта (для России середины XIX в. таковыми являлись Нижний Новгород, Астрахань, Одесса, Санкт-Петербург). Огромное расстояние, отделявшее сибирских мужиков от основных ярмарок, незнание конъюнктуры цен, не имение, в большинстве случаев нужного количества подвод - транспортных телег для перевоза зерна и муки, создавали непреодолимые препятствия для реализации урожая.
Сибирские старожилы хлебом обеспечивали себя полностью. Монголия и Китай не потребляли такого количества хлеба, который мог поставить мужик. Как следствие этого обстоятельства, закупочные цены в деревнях и по трактам были ниже, чем те, по которым оптовики - сибирские купцы, продавали хлеб в розницу для казны, горожан, прочему населению.
Сергей Григорьевич устроил в людской избе, где жила и готовила обеды для господ его прислуга, рабочий кабинет для встреч с мужиками, приезжавшими к нему на консультации и продажу хлеба. Часто от князя пахло навозом, его можно было увидеть с граблями и лопатой в руках. Он, поддерживал необходимые для такого дела связи с купцами и приказчиками, торговавшими на тракте, ярмарках. Дела шли в гору. Новая деятельность князя устраивала всех:
крестьяне реализовывали выращенный хлеб по цене, в любом случае более высокой, нежели то, что предлагали заезжие в села спекулянты;
купечество высоко оценивала хозяйственную жилку Волконского, как посредника;
власти были рады получить дополнительные сведения о жизни крестьян из уст человека грамотно систематизировавшего полученную информацию и рассказывавшего о сути дела во время дружеских обедов.
Хлебная торговля - проводник прогресса
С легкой руки Сергея Григорьевича хлебная торговля перешла в разряд занятий олицетворявших собой прогресс и новаторское развитие края. Постоянное стремление к прибыли у иркутских торговцев заставляло их делать сферу приложения капиталов разнообразной, в том числе и по хлебной торговле. Например, известнейший иркутский купец, исследователь и меценат - Александр Михайлович Сибиряков, организовав в 1880-х гг. северное плавание для обследования побережья Северо-Ледовитого океана, решил проблему голода на Печоре. «Раньше голод на Печоре был обычным явлением, свидетельствовали современники, - мука стоила 2 - 2,5 руб. за пуд. Когда же Сибиряков открыл свое дело на Печоре, то цена сразу же упала до 1 руб. 25 коп., а в 1887 г. и до 75 коп. за пуд».
Хлебной торговлей без записи, т.е. без регистрации себя купцом, занимались казаки и зажиточные крестьяне-кулаки. Жители города Киренска здорово преуспели в этом деле, и попали в 1895 г. в словарь Брокгауза и Ефрона, как передовики хлебной торговли. В словаре писалось, что базаров в городе не бывает, торговые обороты незначительны. Основное население предпочитает торговать на золотых приисках, занимаясь посреднической торговлей хлебом между крестьянами близь лежащих сел и золотодобывающими поселками.
В самом Иркутске в XIX - начале XX вв. действовал хлебный рынок, на котором преимущество отдавалось крестьянам-производителям, торговавших как за деньги, так и меновым способом. Меновая торговля, пережиток феодальных отношений, по мере развития капитализма в Росси стал исчезать. Но в Сибири меновая торговля хлебом получила второе дыхание. Генерал-губернатор Игнатьев способствовал торговле не между отдельными крестьянами, а между сообществами, объединявшими несколько десятков - сотен крестьян. Такие сообщества в конце XIX века были первыми сельскохозяйственными кооперативами. Экономическую полезность такой организации хлебной торговли отмечал в своих трудах известный русский историк-экономист Николай Александрович Рожков. Развитие Сибири он связывал с повышением культуры внутрихозяйственной деятельности и с усилением состязательных качеств среди хлеботорговцев, помогавших реализовывать главное богатство дореволюционной Сибири - хлеб.
Кстати, в 1927 г. большевикам удалось вывести из Сибири по продналогу только 37% хлебного урожая региона. Этого хватило на ликвидацию голода в Центральной России и в Поволжье, а так же закупку необходимого оборудования для индустриализации страны.
Рецепты от Волконских
В праздничное угощение входили пироги, оладьи, блины из пшеничной муки с добавлением конопляного и рыжикового (из семян масленичного растения рыжика) масел.
Самым распространенным пирогом считалась кулебяка - небольшой закрытый пирог, с мелкой рыбой, запяченной целиком, верхний слой теста при подаче на стол срезался.
Любили декабристы откушать кулаги - смесь ржаной муки и солода, заваренная кипятком, пропаренная и выдержанная на морозе.
Кроме этого, Волконский вместе с крестьянками пек вафли на чугунных вафельницах.
Тесто для хлеба обычно замешивали из ржаной муки в квашне - долбленной деревянной кадке, объемом в 1,5 - 2 пуда (пуд - 16,5 кг.).
Для опары - излюбленного лакомства крестьян Восточной Сибири, тесто замешивали из пшеничной или крупитчатой муки в опарниках - больших глиняных горшках.
Замешивали тесто и опару мутовкой - палочкой, вырезанной из вершинки ветки сосны.
(все закавыченные слова взяты из переписки семьи Волконских)
Владимир Титов, кандидат исторических наук
