330 лет назад православные фанатики сожгли протопопа Аввакума
31 марта 1682 года православные фанатики сожгли протопопа Аввакума Кондратьева и его сподвижников.
Аввакум Кондратьев служил протопопом города Юрьевца-Повольского и являлся противником богослужебной реформы Патриарха Никона. С раннего возраста он считался подвижником православия. Аввакум строжайше карал блудных и сребролюбивых попов, уличал и стыдил прихожан за их пороки.
Аввакум занял одно из первых мест в ряду приверженцев старины и был одной из первых жертв преследования, которому подверглись противники Никона. В сентябре 1653 года его бросили в подвал Андрониевского монастыря, где он просидел 3 дня и 3 ночи без еды и питья.
За протесты против никонианской реформы Аввакума расстригли и сослави в Тобольск. Там в результате конфликта с местным воеводой, Аввакума избили и бросили в Братский острог.
В 1663 году Никон потерял влияние при дворе, и Аввакума вернули в Москву. Там он продолжал обличать Никона как еретика. В 1664 году Аввакум был сослан в Мезень, где он пробыл полтора года, продолжая свою проповедь и поддерживая своих приверженцев, разбросанных по всей России, посланиями, в которых именовал себя "рабом и посланником Исуса Христа", "протосингелом российской церкви". В 1666 году он был вновь привезён в Москву, где 13 мая после тщетных увещеваний на соборе, собравшемся для суда над Никоном, его расстригли и "опроклинали" в Успенском соборе за обедней, в ответ на что он тут же наложил анафему на архиереев. За это Аввакума год продержали в темноте в подвалах Пафнутьева монастыря.
К 1667 году всех соратников Аввакума казнили или подвергли отрезанию языка. Сам Аввакум был сослан в Пустозерск, где просидел 14 лет на воде и хлебе в земляной тюрьме. В 1682 году Аввакум написал резкое письмо к царю Фёдору Алексеевичу, в котором он критиковал царя Алексея Михайловича и ругал патриарха Иоакима. Это решило его участь: вместе с соратниками он был сожжен в деревянном срубе.
За свою жизнь Аввакум написал 43 книги. Его считают родоначальником новой российской словесности, вольного образного слова, исповедальной прозы.
